— Как же ты преодолеваешь границу Ужаса?
— Какую границу, мой господин?
«Вот оно как, — удивился Сохатый. — Похоже, бедолага представления не имеет о Рубеже».
Он не сомневался, что пленник говорит правду. Картины, возникающие в сознании бедняги, тотчас же представали перед внутренним взором преемника Майора. Ничего серьезнее отточенных, подобно карандашам, столбов деревянной изгороди ему увидеть не привелось.
— Ладно, оставим. Вернемся к этому позже. Где ты там живешь?
Сохатый тут же увидел хижину, частично вкопанную в землю, с пологой крышей и очагом посреди помещения.
Вокруг единственного убогого источника тепла и света ютилось не меньше десятка людей. Может, их было и больше, из темной части хижины раздавались какие-то звуки, похожие на стоны. На них никто не обращал внимания. Дым очага уходил сквозь дыру в крыше и стелился над землей. Сохатый не смог сосчитать, сколько таких домов. В поселке их было много.
— В селении, мой господин, — не замедлил с ответом возница.
— Это в полутора днях езды от того места, где ваши люди меня схватили.
— Кто еще там живет?
— Всякие ремесленники. Кто по дереву работает, кто по железу. Я вот с лошадьми управляюсь.
— С семьями? — Отец Настоятель тут же вновь увидел убогую хижину. Все ее обитатели были мужчинами.
— Да уж какое там с семьями, добрый господин. Куда уж нам. Женщин всех дальше ведут, к хозяевам.
— Кто же эти хозяева? — Сохатый насторожился: картинки не было.
— Да почем мне знать? — тоскливо скривился пленник.
— Мое дело маленькое — «тпру» да «ну».
— Может, разговоры какие слышал?
— У нас попусту языком не почешешь, волкоглавцы башку враз откусят, и поминай, как звали. Они и без того лютуют. Когда б не хозяйская воля, разом бы всех в клочья порвали. Вот, стало быть, только на хозяев вся надежда.
— А доводилось ли когда к этим самым хозяевам ездить?
— Мне — нет, а лошадей моих однажды туда гоняли. Так через два дня только вернулись — все в мыле, точно гнали их без передыху.
Как только не запалили коняг!
«Значит, до центра еще день-полтора хода, — прикинул Сохатый. — Черт, информации крайне мало, но другого случая может не представиться. Надо рискнуть».
— А вернуться желаешь? — спросил он.
— Так оно, знамо дело, лучше бы вернуться, — с опаской поглядывая на гиганта, протянул возница, — от хозяев по своей воле никто не уходит, волкоглавцы, коли сыщут, учинят муку мученическую и смерть лютую.
