И преуспел в этом. Настолько, что она не могла закрыть глаза без того, чтобы не увидеть его.
Больше ей никогда не освободиться от безумного желания к нему, от исступленной потребности… От неутолимой любви к нему. Она всегда сознавала, что любит его, что тоскует, но пока не увидела его, не до конца понимала безмерные, бездонные глубины своих чувств. Не понимала, что слово «тосковать» было бледным описанием того душераздирающего, мучительного желания, терзавшего ее день и ночь. Не видела огромной разницы между любовью к кому-то и внезапным озарением.
Осознанием того, что ты глубоко, пылко и исступленно влюблен в этого человека.
Зато теперь все стало ясно. И, помоги ей Господи, она вряд ли оправится после короткого пребывания в раю. Потому что она будет жаждать его всем сердцем и душой. До конца своей жизни.
Но только Этан от нее ушел… Жаркая влага скопилась в глазах, и Касси поспешно ее сморгнула. Она отставила чашку и сунула руку в карман платья, где лежала его записка.
«Не смогу вынести прощания с тобой…»
Прочитав эти слова впервые, она долго плакала.
Сердце разрывалось при мысли о том, что больше она его не увидит. Но когда уже сидела в экипаже и наблюдала, как исчезает из виду гостиница, поняла, что Этан поступил правильно. Она тоже не смогла бы попрощаться с ним. Заставить себя сесть в карету, которая с каждым поворотом колес уносила бы ее все дальше от него. А она должна была уехать.
Должна ли?
Кассандра нахмурилась. Конечно, должна! Ее место здесь. В Гейтсхед-Мэноре?
Но так ли это?
Касси нахмурилась еще сильнее и оглядела роскошно обставленную комнату.
Она выросла здесь, среди богатой мебели и множества слуг. Любое ее желание исполнялось. Однако больше всего она любила не дом, а окружающие его поля и леса, где бродила с Этаном. И еще конюшни. Где она проводила с ним время.
– Ты не согласна, Кассандра?
Голос матери вернул ее к действительности. Касси с трудом понимала, о чем идет речь.
– Что?
Мать поджала губы, выказывая недовольство. За те три часа, что Кассандра провела в Гейтсхед-Мэноре, она уже трижды удостоилась подобного взгляда.
– Что, когда лорд и леди Торнтон на будущей неделе навестят нас, вполне приемлемо устроить небольшой музыкальный утренник в их честь.
– Разумеется, если ты этого желаешь. Почему это может быть неприемлемо?
– Из-за тебя, конечно. – Она многозначительно оглядела черное платье Касси. – Из-за твоего траура!
Кассандра едва сдержала горький смех.
– Я ничуть не обижусь, мама, – выдавила она.
