В вашей душе есть место только для нее.
Этан с радостью бы опроверг ее слова. Он страстно хотел бы перенести чувства с Касси на Делию, женщину своего круга, с которой мог разделить будущее. Но к несчастью, ничто не могло убить его любовь. Касси жила в его душе. Всегда жила. Он знал это. И Делия тоже знала. Он не унизит Делию, солгав ей.
– Я никогда не хотел причинить вам боль.
Делия пожала плечами.
– Я сама себя ранила. Но теперь пора остановиться. Я уезжаю, Этан. Покидаю «Синие моря», покидаю Сент-Айвз. Буду жить у своей сестры в Дорсете.
Несколько месяцев назад у нее родились близнецы, так что помощь ей не помешает. – Она заломила руки. В глазах промелькнуло нечто вроде недоумения, смешанного с гневом и жалостью. – Вы хоть сознаете, что ваши чувства к ней безнадежны? Знатные дамы не слишком обращают внимание на таких, как мы.
Щека Этана дернулась.
– Вы правы.
– Ваши чувства к ней не согреют вас по ночам. Как и мои чувства к вам не согреют меня. А я устала мерзнуть в одиночестве. Мне хочется снова стать замужней женщиной.
Разделить с кем-то дом и очаг. Я желаю вам удачи, Этан. Надеюсь, вы найдете свое счастье и любовь.
Этан словно прирос к месту, глядя вслед Делии. Ему хотелось бежать за ней, уговаривать остаться, пообещать забыть Касси, попытаться начать жизнь с другой женщиной, но в глубине души он твердо знал, что этому не суждено случиться. Последние десять лет и прошлая ночь были тому доказательством.
Чувствуя себя так, словно только что выдержал град пудовых кулаков, Этан долго смотрел на дверной проем.
Должно быть, нелегко Делии далась исповедь. Признаться, что она неравнодушна к нему, и знать при этом, что ее чувства безответны. Она проявила мужество, которого у него самого недоставало. Он никогда не признавался Касси в любви, никогда не говорил о своих чувствах. И тут его осенило. Этан на секунду застыл, после чего медленно провел рукой по волосам. Только вчера он был готов отказаться от прошлого и обсудить с Делией будущее. Готов был признаться, что считает ее своим другом, уважает.
Хотел спросить у нее, согласится ли она довольствоваться тем малым, что он может ей предложить. Но если он собирался откровенно потолковать с ней, почему боится быть откровенным с женщиной, которую любил всю жизнь?
Он словно вновь услышал слова Делии: «Я хочу разделить с кем-то дом и очаг…»
Черт, он тоже хочет разделить с кем-то дом и очаг! И этот кто-то – Касси. Ему нечего предложить ей, кроме себя самого. У него нет титулов и поместий.
