После брачной ночи новобрачная как с цепи сорвалась. Где-то в глубине души Максимилиан сожалел, что не прислушался сразу к ее словам и не дал ей время. Сейчас на себе прочувствовал, как опасно пропускать мимо ушей то, что она говорит. Отмахнулся от ее служанки, не понимая, зачем еще одна, когда дом полон слуг, и вот тебе – уже пожинает плоды."
"Он не мог разгадать свою жену! Ее поведение и поступки отличались от обычного женского поведения. Анника не стала настаивать на том, что служанка ей дорога, ни о чем не попросила, не надула губки, не пустила слезу, как любят делать женщины.
Молча приняла его ответ и продала брачный браслет, чтобы самой выплачивать ей жалованье.
Это не укладывалось в голове! Откуда в молоденькой девушке такая… Дарстен задумался, подбирая слово, и его озарило – самостоятельность! В мире, где к женщинам относятся как к нежным цветам, учат покорности и воспитывают так, что с любой проблемой они должны идти к мужчине – неважно, отцу, мужу, любовнику, – Анника была на удивление самостоятельной.
Где она могла этому научиться, если учесть, что еще ребенком ее отправили в пансион? Правильно, именно там сформировался ее характер! Поэтому и вспыхнувший гнев лорда был направлен на это заведение. Его власти хватит доставить им неприятности и перетрясти программу обучения!
Взгляд скользнул по скомканной записке, которую передал ему Робин. Помнится, он в гневе отшвырнул ее от себя, а сейчас она на столе. Максимилиан посмотрел на целителя.
– Прости за любопытство. Заглянул, – покаянно произнес тот. – И решил, что ты ее действительно убьешь за это. Рад, что ты сдержался, но, признаться, удивлен.
– Она разумно обосновала свой поступок.
Брови целителя поползли вверх от удивления, но объяснять Дарстен не намеревался. Не хотелось даже себе признаваться, что уже второй раз девчонка, у которой молоко на губах не обсохло, ставит его на место.
Кстати, об этом! Лорд поднялся из-за стола.
Письмо можно закончить и позже, есть более насущные дела.
– Прости, мне нужно ненадолго отлучиться.
– И мне пора домой.
– Тебя перенести?
– Нет, я лучше прогуляюсь, – ответил целитель. – Глядя на тебя, понимаю, что был прав, решив после смерти Кетти остаться холостяком.
– У тебя хоть Кетрин была. – Судя по воспоминаниям Ферона, обладательница всех женских достоинств в одном лице. – Как ты ее выбрал?
Дарстена неожиданно заинтересовало это.
