— Подключу тебя тоже, а то я начал слегка сомневаться в своих силах. Мы тут уже всю мебель сожгли, но все равно колотун. Ты-то там как?
— Как всегда. Загораю… — Я усмехнулся и по такому случаю решил даже подняться. Все равно пора было хоть чуть-чуть разогнать кровь.
Я не светился в окне, встал в тени, в глубине. Потянулся, покачался из стороны в сторону и начал крутить корпусом. Где-то болело, где-то кололо, но в принципе я действительно ощущал себя сносно. Свежий воздух.
— Здравствуйте, Семен, здравствуйте, Юрий, Олег.
— Картинка шла хорошо, и это несмотря на то что мы потеряли большую часть оборудования.
Лучше бы она не шла вообще. Петр Семенович выглядел ужасно.
— Приболел, извините, — сразу сказал он. — Новая волна гриппа. И угроза «зимородка». Прорвались через все карантины, через все кордоны. Представляете, нашлись ведь ублюдки… Где есть спрос, там есть и предложение. Накрыли целую сеть контрабандистов, которые переводили людей через границы сектора. За большие деньги, разумеется. Заодно и провели внешне здоровых носителей.
Так что мы теперь тоже на карантине. Если подумать, то сейчас все ближайшие сектора на карантине. Друг от друга, каждый от всех. Каждый со своей болячкой. Лишь одна маленькая проблема… Похоже, обеспечивать безопасность границ секторов становится некому.
— Сочувствуем, — сказал Призрак.
Из уст потерявшего руку бойца, лежащего в плохо отапливаемой больнице внутри мертвого города, это сочувствие звучало странно. Чуть ли не как издевка. Хотя я думаю, что Призрак говорил искренне.
— Ладно, чего уж там, — махнул рукой Петр Семенович. — Либо прорвусь, либо нет. Высокая смертность в этот раз, очень. Давайте по делу. Завтра мы вас заберем.
— Карантин снят? — удивился Тоско. — Думал, его продлят.
Петр Семенович замялся.
— Ну… как снят. Военные покинули периметр еще три дня назад, сразу после начала эпидемии гриппа в секторе. Просто разбежались. Теперь в секторе официально отсутствует любая власть. Даже диктатуры нет. Лишь мы кое-как еще продолжаем работать.
Целых три открытых магазина.
Петр Семенович усмехнулся, тут же закашлялся и долго сморкался, прежде чем продолжить:
— Еще три у «Генной логики». Продолжают держать марку, чего бы это им ни стоило. Вся наша охрана переброшена к складам и производству. Мы даже начали кое-где раздавать бланки бесплатно или за еду. Вот так вот.
— То есть периметр никто не охраняет? А если какой-нибудь бешеный все-таки остался жив?
— Охраняют, — покачал головой Петр Семенович. — Другие.
