Сам или с чьей-то помощью он развернул тумбу, на которой раньше стояли кассы, поперек входа, метрах в пяти от него. Теперь, как только я оказался внутри, — сразу попал на открытую, хорошо простреливаемую площадку.
Рисковать не хотелось, и я тут же крикнул внутрь, в почти полную темноту:
— Свои! — «Шалун», за это время подкатившийся ко вновь созданным укреплениям, нашел где-то внутри себя фонарик, осветив охранника с моим пистолетом в руках.
Охранник заслонился рукой от света. Не той, в которой держал оружие, что опять же говорило в его пользу.
— Сколько вас внутри? — спросил я.
— Девять человек здесь, — ответил он. — Еще один убежал. Не смог его удержать. Психанул и убежал наружу. Давно уже.
— Никто не ранен?
Охранник отрицательно мотнул головой. Потом, подумав, что я могу и не увидеть его жеста в сумраке, сказал:
— Нет."
"— Хорошо. Делаем так. Найдите в магазине рюкзаки и сбрасывайте их вниз. Может, какое-нибудь оружие, вроде лыжных палок. Что-нибудь, чтобы не подпускать зараженных к себе.
Как только распотрошите магазин, скажете, будем спускаться. Отсюда скоро надо будет валить. И одежду посмотрите, кому надо. Потеплее.
Только подумав об одежде, я неожиданно вспомнил, что девушка прибежала сюда лишь в фирменном платье. Да еще и босиком. Быстро оглядел товары, что лежали у входа.
— Поторопитесь, я соберу остальных.
Словно чего-то боясь, я опять не зашел в джинсовый, сначала вытащив двух продавщиц из ювелирного и отправив их на помощь спортсменам.
Лишь после всего этого девушка, оставшаяся без туфель, удостоилась моего посещения.
Первые рюкзаки уже летели вниз, когда я заглянул внутрь. Лишь одна витрина осталась цела, вторая рассыпалась тысячами осколков. Температура опустилась градусов до трех. Совершенно не то место, где стоит находиться девушке в одном лишь платье рекламной куклы. Или какую должность им присваивают, когда предлагают работу? Лицо магазина? Менеджер по работе с клиентами? Управляющий санитарной безопасностью посетителей?
Мне неожиданно ярко нарисовалась картина.
Замерзшая девушка, босая и дрожащая от холода, и специалист по зомби, заботливо отдающий ей свою куртку, обнимающий ее за плечи, согревающий от холода и обещающий уберечь от ужасов этого дня.
Ревность. Как интересно. Я стал совсем взрослым. Дорос до ревности. Ну что же, давно пора. А то как в той старой притче про армию — убивать им уже можно, а вот пить — еще нет.
