Но в основном он смотрел на нас, терпеливо ожидая, пока мы подойдем.
— Как на улице? — почти безразлично спросил он.
— Холодает, — в тон ему ответил Богослов.
— И темнеет, — добавил я, посмотрев наверх. Стекла балконов, большинство, тоже вылетели после взрывов. Мой «шалун» стоял неподвижно около входа в спорттовары. На самом деле он двигался — малозаметно, вокруг своей оси, лишь позволяя камере слегка менять обзор, непрерывно исследуя все пространство вокруг себя.
— У нас под семьдесят человек гражданских, — сообщил Тоско.
— И на втором немного, несчитаные.
— Надо бы их вниз спустить, — предложил я.
— И зараженные прут и прут, уж вроде пора им успокоиться, — словно не услышав меня, продолжил Тоско.
— Кто же здесь их успокоит, кроме нас? — усмехнулся Богослов. — Сами они успокоятся только через неделю. Я думаю, что везде так, просто во всех остальных местах их давно уже никто не останавливает.
— Поэтому трупы копятся здесь. — Тоско качнул головой себе за спину. В проходе, особенно около злополучных эскалаторов, мертвые тела действительно лежали горкой.
Меня вновь замутило, но теперь я хотя бы сумел удержать содержимое желудка в себе. Хорошо хоть шоколадку не стал есть.
— Подкиньте меня, — попросил я, — чтобы до эскалаторов не переться.
— Давай, — легко согласился Тоско. И, показывая, что все он прекрасно слышал, добавил: — Собери всех, спусти вниз, мы пока отодвинем зону безопасности. Потом подумаем, как дальше.
— А что думать? — Богослов был прямолинеен.
— Надо добивать, пока они не заползли в какую-нибудь нору.
— Да с этими-то как раз понятно. — Тоско вместе с Богословом подставил мне руки, так что отмахнуться он не мог, но интонации в его голосе были именно такие. — И просто. Дальше-то вот что? Как нам гражданских обезопасить? Да еще на неделю, а то и две?
— Дай им палки и рюкзаки, — предложил Богослов. — Пусть пока еду собирают. Отсюда все равно надо будет валить. Ни согреться, ни как следует помочь раненым здесь мы не сможем.
Они подкинули меня вверх, так что я буквально взлетел и оказался как раз напротив магазина с джинсами.
Но как бы мне ни хотелось, внутрь я не пошел, решив начать со спортивного.
Охранник так и оставался у входа. Надо отдать ему должное, к вопросу охраны вверенного ему магазина он отнесся со всей серьезностью.
Он опустил рольставни ровно так, как я и просил, так чтобы пришлось сильно наклониться, прежде чем попасть внутрь. Но этим дело не ограничилось.
