А это – считавшийся уничтоженным альбом невест в целости и сохранности. И работает он по другому принципу, чем мужские.
– Любопытно. – Дэйтар провел рукой над артефактом, не касаясь его. – Здесь заперт дух, как в наших чеерах. Так вот как осуществляется синхронизация портретов, а я все время голову ломал. Не потому ли артефакт в Совете Ока сломан, что кто-то из некромантов освободил духа от якоря? Артан, это большая удача, что одно из зеркал уцелело полностью! Проверим?
Но не все присутствующие разделяли энтузиазм.
– Подождите, господа владыки. Я наслышан о вашем удивительно реалистичном каталоге женихов Риртона. – Сириен взглянул на артефакт с опаской. – Но, ваши величества, не будете же вы подсматривать за дамами? Это же… не по-рыцарски!
Артан рассмеялся:
– Не беспокойся, брат, зерцала никогда не показывают людей без одежды. Право слово, Сириен, ты меня удивляешь. Хочешь быть чище солнца и светлее светлейшего? Речь идет о моей женитьбе! Точнее, о безопасности твоего короля и государства.
Учитывая, что мои невесты сплошь ведьмы, пользующиеся всем темным арсеналом, начиная от приворотных зелий и заканчивая косметическими заклинаниями… Я не хочу наутро после брачной ночи обнаружить в своей постели не красавицу, а страшилище. Клянусь, это тайное оружие против женского коварства я буду использовать исключительно на отборе.
Сириен насмешливо фыркнул, отчего взвилась пружинкой золотистая прядь, перечеркнувшая высокий лоб. Дэйтар скептически поднял смоляную бровь.
– Что? – смутился король. – Я держу свои клятвы. Да и зачем мне этот альбом невест после женитьбы?
– А потом понадобится приглядывать за юной супругой, – предположил хаор суафитов. – Особенно во время военных походов.
Сириен согласно кивнул. Эти двое с самого первого дня знакомства демонстрировали удивительное взаимопонимание и согласие, что рождало в сердце Артана легкую досаду и ревность.
– А не потому ли, Артан, был казнен создатель артефакта, что наш отец благодаря этому изобретению заподозрил в чем-то твою мать, а она как-то сумела доказать, что зеркало ее оболгало? – спросил ректор.
– Ты уверен, что оно исправно?
– Там была темная история. Но исправность легко проверить, и я знаю самую необычную кандидатуру для проверки. – Король сдернул перчатку, положил ладонь на пластину и произнес: – Леди Тиррина Данира, графиня Барренс.
Долгую минуту ничего не происходило. И вдруг пластина вспыхнула ослепительным белым светом.
