Он шантажировал меня, требовал деньги. В тот день, когда мы остался ночевать у матери, я встретилась с ним с включенным диктофоном. Хотела хоть как-то доказать, что я не виновата, но все мои доказательства уничтожили, когда обчистили квартиру.
Руслан строго прищурился, прожигая меня взглядом.
— Неужели все это время ты считала, что со мной можно объясниться, только имея на руках доказательства? — расстроено уточнил он.
Я задержала дыхание и осторожно заметила:
— А разве нет? Ты ведь даже родному брату не поверил, Руслан.
Муж выдохнул, продолжая хмуриться. Между нами повисла пауза, во время которой я боялась даже вздохнуть.
— Да, я бываю чересчур категоричен, — наконец произнес Руслан. — Но поверь, у меня есть на то основания. Ты не единственная, кого пытались обвести вокруг пальца. Я тоже совершал ошибки, меня тоже обманывали. Я привык доверять только самому себе. Но поверь, если бы ты сразу рассказала, в чем дело, мы бы избежали многих проблем, — он грустно улыбнулся. — Не нужно было сравнивать себя и Бориса.
Сколько тогда тебе было лет? Двадцать? А моему брату — тридцать семь. Чувствуешь разницу?
— Не особо…
— Это неважно, Арина. В первую очередь, ты — мать моих детей, центр моей жизни, маяк на который я привык ориентироваться. И я очень жалею, что позволил своим эмоциям взять верх. Каждый день, каждую минуту я проклинаю себя за это… — Руслан сжал челюсти и отвернулся. — Я сам во всем виноват. Не слушал никого, даже собственное сердце. А параллельно тебя донимала Камилла, — добавил он удрученно.
— Я пойму, если ты так и не поверишь мне, но все же повторю — я никогда не был с ней близок. Эта женщина мне ни капли не интересна.
— И ты так уверен, Руслан Вольский, что мне для этого понадобятся доказательства? — покачала я головой.
Он усмехнулся и снова посмотрел на меня:
— А разве нет? — вскинул он брови.
— Нет, — ответила без капли сомнений. — Если бы слова Камиллы оказались правдой, то за столько месяцев нашей разлуки ты бы уже давно с ней сошелся.
Но вместо этого ты выбросил ее вещи не помойку и запретил приближаться ко мне.
Руслан смотрел мне прямо в глаза, так внимательно, будто в душу заглядывал. Затем приблизился ко мне и обхватил шею ладонью.
— Ариш, послушай меня. Я обещаю, что больше никогда не стану сомневаться в тебе. Что бы мне ни говорили, какие бы доводы не приводили, в первую очередь я всегда выслушаю тебя! Поверь мне…
— Я постараюсь, Руслан, — пообещала я искренне.
