Санаторий находился за городом, в сосновом бору. В прохладном осеннем воздухе витал стойкий аромат хвои. Олег успел подсуетиться — меня пустили через пропускной пункт без проблем и проводили до небольшого двухэтажного корпуса. Пока преодолевал широкие низкие ступеньки, покрытые мягкой ковровой дорожкой, я точно знал, что буду говорить и как действовать, но стоило лишь подойти к двери комнаты номер двести пять, тело задеревенело от напряжения, а язык прилип к небу.
Решительности поубавилось, я завис с поднятым кулаком над дверью.
Несколько безуспешных попыток заставить себя постучать были очень жалкими. Твою же мать, Вольский, возьми себя в руки и поговори с женой! Выдохнул, запрокидывая голову к потолку, и наконец трижды стукнул по деревянному полотну.
В ответ тишина длиною в вечность. Это были самые нервные мгновения в моей жизни. Вдруг не откроет? Вдруг слушать меня не станет?
— Да? — послышался, наконец, мягкий голос Арины, и я моментально забыл, как дышать.
Кажется сто лет прошло с тех пор, как я слышал этот голос.
Пульс участился и тарабанил везде, вызывая в голове сплошной гул, за которым я не слышал ни щелчка замка, ни скрипа двери.
Арина открыла дверь и замерла, округлив глаза. На ней была свободная пижама цвета топленого молока и мягкие пушистые тапочки. Белокурые волосы забраны в небрежный пучок и зафиксированы простым карандашом, а на лице ни грамма косметики. Такая нежная и худенькая, словно и не беременная вовсе. Хотя за этой просторной мешковиной ничего не разберешь.
Арина заметно побледнела, и вдруг резко дернулась, пытаясь закрыть дверь обратно. Я машинально подставил руку в последний момент, но практически сразу уступил, боясь причинить вред ей или ребенку. Убрать пальцы вовремя не удалось — Арина со всей силы шарахнула по ним дверью. Так, что искры из глаз посыпались.
— Ой! — воскликнула она испуганно и чуть отступила.
Я воспользовался моментом и выдернул покалеченную конечность. Дверь тут же хлопнула перед носом и щелкнул замок.
Один оборот, второй, третий. Зашибись!
Я вздохнул, сжимая кулак. Пальцы гудели от боли, мизинец заметно припух. Вот так встретила!
— Арина, открой, — попросил я, упираясь плечом о косяк. — Мы просто поговорим…
— Как ты меня нашел?! — спросила она перепуганно.
— Это так важно?
— Я должна понимать, где прокололась! На будущее!
Какое к черту будущее? Нам бы с настоящим разобраться! Я должен объяснить Арине, что от меня прятаться ей точно не нужно.
