А окажись у этого отребья чуть больше времени, они бы заполучили ещё больше мощи. Возможно в десятки раз. Тогда их не смог бы остановить уже никто.
Алексей прищурился. Сжал губы в тонкую полоску.
— Я может и смертный, но пока никто не видел доказательство того, что…
Договорить я ему не дал. Придвинувшись ещё ближе, прикрыл нашу группу мощным барьером, включив внутрь только себя с Рюриковичем и троих князей — Оболенский так и стоял неподалёку, что-то набивая на дарфоне.
— Ты ещё не понял? Вторжение уже началось.
Сначала де Блуа, которые соблазнились обещаниями одних захватчиков. Теперь твои князья, которые продались другим. Сегодня над Петербургом висел древний дракон, который мог парой ударов уничтожить этот мир. Неизвестно, кто и где ударит завтра. Игры кончились, человек. Боюсь, у меня нет времени, чтобы следовать этикету.
Теперь на лице юноши мелькнуло удивление.
— Дракон?
Зло усмехнувшись, я кивнул.
— Брат того, что дал силу и Дар вашей династии. Тьеран. Дарья ушла с ним, чтобы спасти жизнь вашего далёкого предка.
Он обещал, что она вернётся, но когда это произойдёт, неизвестно.
Император бросил быстрый взгляд в сторону Оболенского. Но тот никак не реагировал, хотя и прекрасно слышал все наши слова. Я же продолжил, давя голосом и выпуская ауру — сила начала постепенно возвращаться, а бурлящая внутри злость, казалось, сама желала выплеснуться в мир.
— Ты отдашь приказы сегодня же. О признании Меркурия хранителем Российской империи.
По поводу расходов на храмы можешь не беспокоиться — это я возьму на себя. Но мне нужно, чтобы никто этому не препятствовал.
Лицо монарха обратилось каменной маской.
— Де Блуа утверждали, что богом может стать каждый. Достаточно лишь небольшой манипуляции с «искрой».
Посмотрите, какой он стал смелый, когда враги под стенами Кремля неожиданно стали немного мёртвыми, а за его спиной стояла пара старых князей. Да и Оболенский, в данном случае, был под вопросом. Сомневаюсь, что он будет спокойно смотреть, даже если я решу просто продемонстрировать свою силу.
Уловив отчётливое желание именно этим и заняться, заставил себя немного успокоиться. Я всё же Меркурий. Бог, который договаривается, а не убивает потенциальных союзников. К тому же «искра» и каркас сейчас не в самом лучшем состоянии.
— Это так. Но они ничего не сказали о минусах такой «искры» и угрозах, которые она несёт. Если ты потеряешь последователей, то умрёшь.
