Даже Мьёльнир пока мог обозначить лишь один факт — эта энергия преодолевала вражескую защиту куда проще, чем любая иная. Ещё, по словам живого камня, она «щекотала его изнутри», но чем это ощущение вызвано и как его использовать, он не знал.
Но если спутник был занят управлением составом, стараясь нанести минимальный ущерб лесам и случайно не сойти с рельс, пройдя сквозь одну из деревенек, то мой разум был свободен и вышло заняться практическими экспериментами. Крайне локальными, само собой — не хотелось нарушить целостность артефакторного поезда или повредить барьеры защиты.
Оба варианты были чреваты катастрофой.
Тем не менее, я выяснил, что при помощи этой странной силы, можно формировать классическое энергетическое оружие. Копья, стрелы, клинки — теневая мощь охотно принимала любую форму. Ещё было доступно создание конструктов. Да таких, что даже Найхва с Гифером ощущали их крайне слабо. Да, когда те были почти вплотную, оба немедленно их обнаруживали. Но чем дальше был разведчик, тем тяжелее это становилось сделать.
Асука их вовсе не чувствовала. Как и Прохор — последнее удивило меня больше всего. Ведь раз так, значит эта сила никак не была связана с управлением душами, а представляла собой нечто совсем иное.
Настолько увлёкся экспериментами, что едва не пропустил момент, когда мы приблизились к Москве. Пришёл в себя только после повторного вопроса Мьёльнира.
— Мы уже рядом. Что делать дальше?
Усевшись на полке купе, я отправил наружу Сандала, попробовав оценить ситуацию с его помощью.
В призрачном облике и под пологом невидимости, дракон смог остаться незамеченным. А я убедился, что нас ждут.
Тысячи воинов врага держали позиции на окраине. Сначала первые группы, которые должны были вступить в бой и вынудить нас раскрыться. А потом вторая линия, чьей задачей видимо являлась уже реальная оборона.
Хотя нет, с численностью я ошибся. Не тысячи. Десятки тысяч. Ещё я чувствовал постоянные вибрации в воздухе. Некто держал наготове настолько мощное плетение, что даже не будучи запущенным, оно уже влияло на энергетический фон.
"
"— Прямо и до упора, Мьёльн. Вернее, до Центрального вокзала.
Тот утвердительно угукнул и через пятнадцать секунд поезд ворвался в городскую застройку.
Противник ждал атаки и готовился к ней. Но судя по схеме расположения его сил, предполагал, что придётся либо отбивать наземный штурм, для которого наши войска развернутся где-то за пределами города и уже потом выйдут к его окраинами, либо отражать атаку сверху.
