Мало кто пожелает забрать дюжину колдунов, побежденную двумя (тремя вместе с Шерлет, выступающей в роли целительницы). А Морриган сделает все возможное, чтобы обнародовать детали схватки. Если же колдуны перейдут под крыло Доминика, будет нема как рыба. И тогда в глазах противников Дом О'Флаэрти будет превосходно защищен.
Враждебные Дома десять раз подумают, прежде чем сунуться к ним.
Виталистка с взрывным характером и стилем боя обменялась с соратниками мрачным взглядом. Последовало недолгое и приглушенное совещание, в результате которого ведьма бросила Морриган камешек от амулета – нововведение в Пропасти, разработанное для тех, кто не желал сообщать настоящее имя… и для тех, у кого были явные проблемы с визуализацией.
Вставишь камешек в специальную ячейку амулета зова, и лицо нужного тебе собеседника представлять уже нет нужды.
– Вызови меня, когда поговоришь с О'Флаэрти, – хмуро буркнула виталистка.
Дом сестер Даффи опустел. Когда они вернутся из «заключения», сменив серые маски и одеяния на модные наряды, им придется все начать сначала.
Семейный бизнес рухнул, боевые колдуны, даже если не перейдут в Дом О'Флаэрти всем составом, разбредутся кто куда. Тем более, что у них появилась возможность стать частью полуночной стражи.
Лишенным возможности паразитировать на младшей сестре Шерк, Шейн, Шинейд, Шени и Шевонн придется учиться самостоятельно строить свою жизнь.
Морриган нашла Доминика в привычном месте: в кресле гостиной, у разожженного камина, вряд ли для тепла, скорей, для уюта.
В руках – книга, пальцем заложенная на нужной странице вместо закладки, но взгляд обращен на стоящую у камина Бадб. Нет, уют тут, кажется, ни при чем – жительница двух миров, живого и мертвого, но нерушимыми узами все же связанная с последним, Леди Ворон постоянно мерзла.
Неудивительно, если учесть текущую по ее венам мертвую черную кровь. Или стоящую в венах безо всякого движения? Морриган не слишком хорошо разбиралась в физиологии ревенантов.
Выслушав отчет, Доминик процедил:
– Голос.
Я потерял целый голос.
– Думаю, да. Шерлет в Пропасть не вернется, Даффи скинут маски обезличенных уже после избрания короля…
– Это не было вопросом, Морриган, – проронила Бадб.
Вся ее поза – скрещенные руки в черных кружевных перчатках, взгляд чуть исподлобья – воплощенное неодобрение. Не хватало только драматичной фразы вроде: «Ты меня разочаровала». Впрочем, озвучивать ее совершенно не обязательно.
– Да боже мой, добуду я вам еще один голос.
