Бандиты не убивают полицейских, слишком много проблем это повлечет, но они легко взорвут твою машину — намекнут, что тебе стоит немного ослабить натиск. И это всего лишь мелкие неприятности по сравнению с тем, что начнется в отделе, если мы сдадим Бреслина в лапы Внутренних Расследований.
Я уже не могла дождаться, когда это все закрутится. Опасности меня не пугают, готова жрать их большими ложками. Этот надутый пингвин Бреслин пытался провести меня как последнюю лохушку, заставил чувствовать себя буйнопомешанной, которая вся извивается в смирительной рубашке от желания врезать ему.
Но он продажный полицейский, и вызов он мне бросил, находясь в очень невыгодной позиции, в которой никто не хотел бы оказаться, а я всегда принимаю вызовы.
Стив смотрел на меня, будто я окончательно съехала.
— Что? Чему ты улыбаешься?
— Ничему. Просто я люблю трудности.
— Так ты считаешь, что я прав. Ты думаешь, он…
Стив не договорил. Его слова меня немного отрезвили.
— Я не знаю.
Пока все это только гипотетические предположения. — Я куснула себя за палец, чтобы выйти из эйфории. — Наверняка мы знаем только одно. Бреслин хочет, чтобы мы выдвинули обвинения против этого парня и по-быстрому закрыли дело. Мы должны притихнуть, пока не поймем, что к чему. Ты отлично выступил насчет того, что мы сами должны делать грязную работу. Это поможет нам выиграть время.
Судя по тому, как скривился Стив, мои слова его не очень убедили.
— Ты думаешь, он нам поверил?
— Я так полагаю, вернее, надеюсь.
Воспоминание о холодном взгляде, напоследок брошенном на меня Бреслином, заставило прикусить язык.
— В любом случае держимся такой линии поведения: мы — два дурачка-новобранца, не имеющих представления, как надо вести дело, и мы хотим все делать по-своему. Как тебе такое?
Какая-то часть меня ожидала, что Стив на это не подпишется. Ведь он оказался в дерьме со мной за компанию, и если будет вести себя правильно, не подставляться, то спокойно впишется в отдел, а вот быть моим напарником все равно что жить на действующем вулкане.
Начнет выставлять себя идиотом перед Бреслином — может забыть о своих шансах оказаться в струе.
— Изобразить из себя дурачка-новобранца? Да легко. — И Стив улыбнулся.
— Проборчик расчеши, — сказала я. Волна облегчения оказалась сильнее, чем я ожидала. — И тебе даже притворяться не придется.
— Эй! Каждый использует то, что у него есть.
