Ещё бы, два года у нас с ней была война, а теперь я лыблюсь и стою рядом, буквально час назад чуть не отдав жизнь за её спасение. Но, моя главная мысль была не в том, чтобы просто стоять. Совершенно не в этом!
Медленно, стараясь как можно нежнее, я обнял девушку за талию, слегка притянув к себе. Наши лица были теперь вплотную друг к другу. Чувствовалось её горячее дыхание на моей коже, а сладкие, слегка приоткрытые губы так и манили. И я, поддавшись этому соблазну, коснулся их.
Не почувствовав сопротивления, углубил поцелуй, ставя клеймо на той, кого выбрало моё сердце.
Глава 7
Аранэя
В этот миг, в этот нереальный по своей сути момент, мой мир перевернулся…"
"Я была поражена даже больше, чем, когда увидела чудовищного оборотня у тела мастера Вивилиема Эмольсина. Это казалось невероятным. Парень, что ненавидел и изводил меня на протяжении двух лет, сейчас меня же и целовал! Нет, я прекрасно помню, что именно он спас мою жизнь.
Такое невозможно забыть. Но это можно списать на истинный момент проявления сущности, на отвагу и самопожертвование ради близкого, на… да, археус побери, на что угодно! Но поцелуй — это перебор!
Поверить в то, что этот нахал, воспылал чувствами ко мне, я не могла ни при каких обстоятельствах. Это не может быть правдой! А вот в то, что он отошёл от произошедшего и вспомнил, что мы как бы по разные стороны баррикад — вполне! Хорошего понемногу, как говорят оборотни.
Пора и честь знать. А в понятии Вольграна — это возобновление войны. И вот новая форма издевательств.
Ровно после этой мысли моя рука сама потянулась вверх. Тело отклонилось для манёвра, и вот моя ладонь со звоном ударяет щеку наглеца!
— Аранэя! — ошеломленно воскликнул Бронс, держась за резко раскрасневшуюся часть лица.
— Это перебор, Вольгран! Одно дело война между нами и мелкие пакости, но унижать моё достоинство, мою честь… Ты совсем ополоумел? — практически закричала от нахлынувшей ярости.
— Ты оскорбил меня!
— Аранэя, что ты говоришь такое? — он быстро оправился от удара и сейчас не меньше меня рычал от негодования. — Как ты могла подумать, что я могу очернить твою честь? Сдурела?
— Ты… — от переизбытка эмоций и очевидного — поцелуя, как доказательство своих слов, я потеряла дар речи и хватала ртом воздух, словно рыба, выброшенная на берег.
