Когда тебя день и ночь окружают мертвецы, то особенно остро начинаешь чувствовать жизнь. Я искренне рад за вас и вашего супруга.
— Замолчите уже, — повторила Адриана и топнула ногой.
26
В день убийства Рида и на следующий я почти не вспоминала о своём даре. В доме советника Фоули царила напряжённая суета, и мне приходилось втрое больше обычного готовить чай, носить туда-сюда тяжёлые подносы с тарелками и прибираться. Вера часто прибегала из курятника на кухню затем, чтобы послушать свежие сплетни.
— Ах, как я тебе завидую, как завидую, — твердила она без конца.
— Страсть как хочется поскорее узнать, арестуют нашего Мартейна или нет! А если арестуют, то наверняка отберут и имение, и землю, и все титулы. Что же с нами со всеми станется? Распродадут на базаре не пойми куда! А если попадём к каким-нибудь извергам, а? Станут бить палками да голодом морить!
После такой тирады Вера начинала громко всхлипывать и сморкаться в большой платок.
— Не реви, дура, — одёргивал её управляющий Вилли. — Никого пока не арестовали!
— В том-то и дело! — ещё громче завывала Вера.
— Значит, убийца-то на свободе. Того и гляди ещё кого-нибудь укокошит! Сиди и бойся теперь весь день и всю ночь!
Рассказывать о пятёрке магов, которые из лживых обвинителей советника Фоули превратились в вынужденных союзников, мне было нельзя. Между тем я не сомневалась, что убийцей окажется один из них. Кто именно — должен допытаться некромант Ниалл. А пока я изо всех сил делала вид, что невероятно занята, лишь бы избежать назойливых расспросов слуг и рабов.
Всё это отвлекло меня от мыслей о магии, но как только наступил вечер и я закрылась в своей каморке, дар вновь ожил.
После пережитых волнений я с трудом управлялась с силой стихий. Разложив учебный инвентарь на столике у окна, решила начать с воздушного вихря: мне показалось, он несёт в себе куда меньше опасности, чем камни или кувшин с водой. Но не тут-то было! Стоило мне только выдохнуть первое слово заклинания, как неистовый порыв ветра, сорвавшийся с моих ладоней, закружился по комнате, сметая всё на своём пути.
Книги, тетради и свитки сорвались со своих мест и понеслись по кругу, теряя закладки и страницы! Занавески взвились к потолку и задёргались на проволочных креплениях-колечках. Перья выскочили из чернильницы и опрокинули её, разбрызгивая чёрную жидкость во все стороны.
— Стоп, стоп! Остановитесь! — закричала я, испуганно размахивая руками, но от моего страха магический дар забурлил во мне ещё сильнее.
