Мяконький ковер в кабинете — персидский, еще шейхом подарен, но если мордой по нему возить, то как по битому стеклу. Но ты не бойся: он меня, а я тебя! Готовься, Зам, теперь начальнику твоему воткнут по самое «не могу», потом он тебе без смазки так вставит, что погоны зашатаются, а может, и вовсе слетят. А уж ты — на подчиненных отоспишься, если успеешь, потому что в худшем случае никто никому ничего вставлять не будет, а всех их, без объяснений причин, с завтрашнего дня отправят в отставку. Всем скопом! И хрен куда после этого устроишься, только если в сторожа.
— Ну всё, пошел я.
— Ни пуха…
Длинны коридоры казенные, когда голову на плаху несешь. И референты сдержанны, не улыбаются, откуда только узнали, собаки? Откуда вообще здесь все всё раньше, чем ты сам рассказать успеешь, узнают?
— Проходите, пожалуйста, вас ждут.
— Разрешите?
Неласков «Хозяин», неприветлив. Кивнул на стул. Бровки хмурит. Умеет страху нагнать. Вот теперь осерчает, топнет ножкой — и нет тебя, и никакие заслуги прежние не спасут.
Одно слово — Государь!
— Что у тебя? Ну?
Плохо у него — упустил человечка, хотя клялся и божился и народа из регионов в помощь немерено нагнал. Да ведь и уверен был!.. А не срослось. Ушел «Объект». Ушел!
— Как такое могло случиться?
Хрен его знает! Случилось. Конечно, можно мути нагнать про слабые кадры из регионов, про стрелочников, которые недоглядели… Но не станет «Хозяин» слушать. Или того хуже, следствие учинит и каждого «стрелочника» вызовет, чтобы лично выслушать.
Нет, не помогут отмазки.
— Не знаю, — честно ответил Главный Хранитель тела. — Всё мы правильно сделали, всё как надо — придраться не к чему. А он ушел!
Молчит «Хозяин», нахмурился, скулами задвигал.
— Подробности!
Есть подробности. Рассказал Главный Телохранитель про слежку, про консультацию женскую, про усилия их титанические, которые ни к чему не привели. Про Штирлица умолчал, чтобы уж совсем не позориться.
— Фото есть?
Есть, как не быть, целая пачка.
«Первый» быстро пролистал распечатки… Вот он какой… Никакой.
Безликий. Увидишь, отвернешься, забудешь. Ни кожи ни рожи. Ни одной отличительной черты — серенький человек на фоне серой толпы. Человек-невидимка.
— Еще раз, только без подробностей. Не надо себе оправдания искать, не надо покаянных слов и сопли по погонам размазывать. Меня реальные выводы интересуют.
Реальные? Если реальные, то они печальные. Не по зубам охране тот человечек пришелся. Обыграл он их, обставил.
