Великие Дома, не желающие упускать благоприятный момент, выступили в поддержку человских магов. После чего последовал месяц…
— Который называют Сезоном Истинных Чудес, — не сдержался Кортес. — Я слышал об этой истории краем уха.
— Тогда не перебивай, — поджала губы девушка.
— Извини.
— В летописях Тайного Города этот месяц называют иначе: «Кровавая баня», но последние триста лет Великие Дома говорят совсем просто: времена Инквизиции. Сезоном Истинных Чудес этот месяц назвали люди. — Яна откинулась на спинку стула.
— Совершенно неожиданно для Тайного Города, в рукаве у церкви оказался козырной туз: люди, которых с тех пор и называют Инквизиторами. Группа челов неизвестной численности и с неизвестными способностями.
— Маги?
— В том то и дело, что нет… или… скорее всего нет, — поправилась девушка. — Великие Дома не скрывают, что не сумели взять в плен ни одного Инквизитора. Соответственно, никто достоверно не знает об их способностях. Есть только предположения, но они засекречены.
— Тогда вернемся к фактам.
"
"— Меньше чем за месяц Инквизиторы нанесли Великим Домам целый ряд сокрушительных поражений, говорят, что даже Сантьяга чудом избежал гибели, и развернули самое энергичное преследование нелюдей. Костры пылали чуть ли не каждый день, а армии Тайного Города даже не отступали — бежали, не в силах оказать серьезного сопротивления. И нелюди, и человские колдуны вырезались безжалостно, кстати, тогда мы и потеряли большинство последних магических линий: Инквизиторы уничтожали целые семьи.
Но это считалось побочным эффектом. На основной же работе новое оружие церкви зарекомендовало себя с самой лучшей стороны: кровь, покорность и тотальное подавление Тайного Города. К исходу четвертой недели действий Инквизиторов Великие Дома запросили миpa, угрожая катастрофами глобального масштаба. К счастью, лидеры церкви благоразумно приняли это предложение и заключили с Тайным Городом договор, который Великие Дома скрупулезно выполняют до сих пор.
— Текст найти удалось?
— Только отсылки к нему.
— В чем суть соглашения?
— Признавая за нелюдями право на жизнь, лидеры Церкви наложили на них ряд ограничений. Любое вмешательство во внутренние дела Церкви рассматривается как повод для войны, любой служитель Церкви неприкосновенен, любое использование магии в храмах и монастырях запрещено.
— Церковь создана людьми и для людей, — пробормотал Кортес.
— Любое вмешательство в политическую жизнь любого сообщества челов рассматривается как повод для войны.
