— Ты лжешь! Таты способны к воскрешению, а тогда, после автокатастрофы, меня спасла лишь замена сердца!
— Ты никогда не задумывалась над тем, что чел ни за что не пережил бы эту операцию? Ты не задавалась вопросом, как я смог оптимизировать «Слезы сердца Земли» для человского мага? Не задумывалась? — Hyp криво усмехнулся. — Тогда поразмышляй над тем, почему я никогда не причиню тебе вреда.
— Мы люди, — простонала Чио. — Я и мой сын — мы люди!!
— Я уеду и какое-то время не буду тебя беспокоить. — Карлик повернулся.
— Подумай обо всем… дочурка.
Он сделал шаг прочь.
— Hyp! — Слезы душили Чио. Слезы горя и слезы ненависти к ушастому коротышке. Но она не могла не окликнуть его. — Hyp!
Он остановился.
— Не делай глупостей, Hyp, — через силу произнесла Чио.
— Спасибо. — Он коротко кивнул и, так и не обернувшись, быстро зашагал по песчаному пляжу.
* * *Цитадель, штаб-квартира Великого Дома Навь."
"Бесконечная тьма, наполнявшая кабинет князя Темного Двора, ослабла совсем чуть-чуть, и только там, где прерывистое, вырвавшееся из самого сердца мрака мерцание слабо освещало повелителя Нави, замершего в простом деревянном кресле, Сантьягу, медленно прохаживающегося перед князем, и закрепленную на треноге картину — огромная волна цунами, сносящая небольшой прибрежный городок.
— Я просил вас не забирать полотна из моего кабинета, — пробурчал комиссар.
— Ты был занят, — глухо ответил повелитель. Из-под низко надвинутого капюшона вырвался недовольный хрип. — Сегодня ты получишь картину обратно.
— Надеюсь. — Сантьяга рассеянно провел рукой по кромке полотна. — Наши анализы подтвердили: Глеб был татом. Сильным татом. Очень сильным. Несмотря на многочисленные человские примеси, его кровь была истинно древней.
— Окончательных побед не бывает, — угрюмо бросил князь.
— Точнее, их необычайно трудно достичь, — поправил повелителя комиссар.
— Трудно, — согласился князь. — Но можно. Что еще показало расследование?
Сантьяга знал, что волновало лидера Нави.
— О личной жизни Глеба достоверно ничего не известно. Он не скрывал своих отношений с Чио, но и не выставлял их напоказ. Были ли у него дети, мы не знаем. Как, к сожалению, ничего не знаем о самой Чио. Чел она или… — Комиссар поморщился — …или тата. Проследить ее отступление мы не сумели.
— Будем исходить из худшего, — предложил князь. — Как бы ни воспитывали Глеба, как бы ни относился он к Чио, я не поверю, что тат пожертвовал собой ради чела.
