— Как бы кое-кто ни старался записаться в их число… — Карлик попытался что-то произнести, но комиссар не позволил малышу высказаться: — Я вижу, господа, своего протеже вы прикрыли, а как насчет вас? Надеюсь, вы-то не священники?
— Аллах с тобой, Сантьяга, ты так перенервничал?"
"— В таком случае, — улыбнулся нав, — когда все закончится… Вас не затруднит ненадолго задержаться и посетить со мной один укромный уголок? Подальше от толпы?
— Мы даже хотели позвонить тебе после мероприятия, — не стал скрывать здоровенный Нар.
— И остальной шушере: магистру, королеве… — добавил карлик.
— У нас будут некоторые указания.
— Которые вам придется исполнить.
— А чтобы ты понял, что мы не шутим…
Опередить нава считалось в Тайном Городе серьезным достижением, похвастаться которым могли немногие: масаны, моряны, хваны, только их рефлексы могли соперничать со стремительными основателями Темного Двора на равных. Остальным воинам, даже самым опытным магам, приходилось напрягаться изо всех сил или полагаться на внезапность.
Сейчас наемники увидели, кто еще мог быть столь же быстрым. Неуловимый шаг, и массивный Нар уже на расстоянии удара. Стремительный выпад, и Бога повалился на землю, пачкая асфальт густой, как битум, навской кровью.
— Добить?
Только теперь Яна разглядела оружие в руках здоровяка — короткий обсидиановый нож. Разумно: холодное железо не причиняло навам особых хлопот, а вот раны, нанесенные обсидианом, заживали тяжело.
Еще один удар. Бога стремительно терял силы.
— Пожалуйста, прекратите, — спокойно произнес Сантьяга. — Я все понял.
Убийство нава никогда не оставалось безнаказанным. В истории Тайного Города было всего несколько случаев, не считая войн, когда кому-то удавалось отправить подданного князя на тот свет, и каждый раз Темный Двор мстил за смерть соплеменника с умопомрачительным ожесточением. Сейчас комиссар не сделал даже попытки помешать гиганту уничтожать своего помощника.
— Нар, не увлекайся, — поморщился карлик.
— А то наш герой полезет в драку.
— Не полезу, — ровным голосом пообещал Сантьяга. — Мне приходилось бывать в Большом Каньоне.
Наемники поняли, что, пока таты находятся в центре Москвы, комиссар не будет с ними драться. Нав не собирался превращать город в пошлую яму.
— Надо же, он стал разумным!
Бога потерял сознание.
— Яна, пожалуйста, доставьте Богу к эрлийцам, — все так же ровно, если не сказать — бесстрастно, попросил комиссар.
