— Впрочем, нам пора.
ГЛАВА 7"
"«Полиция пока никак не комментирует внезапную смерть митрополита Феофана, одного из главных претендентов на роль преемника патриарха. Невнятное „скоропостижно скончался“ неспособно ничего объяснить. Сердечный приступ? Самоубийство? На фоне грандиозного скандала, в который оказался втянут один из лидеров РПЦ…»
(РБК)«Сенсационное нападение людов на наемников! Смерть жрицы Мирославы и обер-воеводы дружины Дочерей Журавля Вoляны! Кровавая мясорубка, которую учинила на Малой Пироговской Яна Маннергейм! Что это? Связаны ли эти события с кризисом, вызванным Союзом ортодоксов, или Великие Дома не нашли ничего лучшего, как затеять свару в тот самый момент, когда угроза со стороны челов нависла над Тайным Городом? Поспешное заявление Зеленого Дома о „трагическом недоразумении“ показывает, что внутреннего конфликта не будет, но что стало причиной…»
(«Тиградком»)* * *Дальний скит.
Пермская область,
21 сентября, воскресенье, 13:13 (время местное).
— Вчера вечером тебя не было в ските, — мягко произнес Сухоруков.
— Я летала к Глебу-младшему, — негромко ответила Чио.
— Соскучилась?
— Очень.
Глеб помолчал.
— Как он?
— Готовит тебе сюрприз.
— Какой?
— Он научился создавать стабильные «миражи». Слепил очень красивую башню метров двадцать высотой.
— Он пользуется энергией зеленых?
— Да. Но я вижу в нем твою силу. — Чио рассмеялась. — А еще он классно стыкует магию с компьютером, совсем как в «Тиградкоме». А еще он вскрыл твои файлы и украл из секретного фонда один фунт стерлингов.
Точнее, не украл, а перевел на корреспондентский счет мельбурнского филиала «G-RUS». А еще…
Глаза матушки заблестели, из них исчезла задумчивость, свойственная последнему времени, исчезла традиционная невозмутимость и бесстрастность. Говоря о сыне, Чио совершенно забыла о проблемах и сложности предстоящего дня. Говоря о сыне, Чио была счастлива. И Глеб не перебивал ее.
— Несколько дней назад он играл в футбол, ободрал коленки, забил два гола и сказал, что будет нападающим сборной.
— Месяц назад он мечтал стать летчиком-истребителем, — припомнил Глеб.
— А в начале лета бредил дайвингом. — Чио неожиданно замолчала и, выдержав короткую паузу, тихо произнесла: — Он тоскует по нам.
— Я знаю, — в тон ей отозвался Сухоруков.
— И я тоскую по нему.
— Я вижу. — Глеб нежно поцеловал женщину в шею. — Завтра. Завтра, моя хорошая. Уже завтра мальчонка будет жить с нами. Я обещаю.
— И у нас будет нормальный дом?
— Он уже готов. Завтра мы в него въедем.
