Там обильные потеки крови на стенках с восточной стороны — снаружи сруба и внутри. То есть тело сориентировали — случайно ли, намеренно ли… — Сидоров цедил слова нехотя. — А уже потом труп сполз вниз — эксперт подобный механизм перемещения восстанавливает по расположению трупных пятен на нижних конечностях. Он хотел было и синяки под этот же механизм подвести, да не получилось.
— Синяки? Какие еще синяки?
— Ну, там в прошлый раз при осмотре мы зафиксировали на спине и плечах Шипова синяки, множественные.
Решили, что это результат воздействия бетонных краев колодца, когда тело вниз сползало. Или же — результат причиненных ему убийцей побоев. Однако оказалось, что…
— Слушай, не тяни резину! — взмолился Кравченко.
— По заключению эксперта, кровоподтеки подобной формы не могли образоваться от воздействия бетона.
И убийца тоже тут ни при чем. Это действительно результат побоев, только Шипов схлопотал их раньше. Давность причинения — два-три дня, понимаешь? Два-три дня до того, как он оказался там, где мы его обнаружили.
— Получается, что Шипова избили накануне?
— Ну, это сильно сказано — избили! Эксперт квалифицирует это как легкие телесные повреждения: ушибы мягких тканей. Однако синяки все же заметные — спина-то у него словно досочка, узенькая. Худенький он паренек был, бедолажка.
— И чем же эти побои причинены? Кулаками?
— Эксперт склонился к определению «твердый предмет продолговатой формы».
— Палка, что ли?
— Что-то вроде тонкой палки.
— Хлыст?
Сидоров только руками развел: мол, понимай как хочешь.
Больше ничего не скажу.
— А комплексная экспертиза зачем? — искренне удивился Кравченко. — Это же, считай, по новой все будет?
— По новой. С похоронами, видно, повременить придется. Валентина наша Алексеевна перестраховывается.
Может, это, конечно, и правильно. Ей же это все доказывать потом, если мы шизанутого или не шизанутого, — Сидоров особо выделил последнее слово, — с поличным возьмем. Следователю нашему неясен вопрос с кровоподтеками.
Точнее, с давностью их причинения. По всей логике его именно нападавший должен был отделать. А тут вроде нестыковочка. А ей очень хочется, чтобы это так и было.
— Прокурорше? Почему?
— Потому что так проще, — Сидоров вздохнул. — Для дела проще. А то много всяких вопросов возникает: певца вашего избили незадолго перед смертью. Кто? Ведь он приехал совсем недавно. И недели ведь не прожил, как его замочили. Да и все твои…
— Не мои.
