Глядя, как охотники легко скользят на широких лыжах, я завистливо вздохнул. У меня это выходило на порядок хуже, но все же лучше, чем у пыхтящего Стефия, с трудом переставляющего ноги в толстых меховых штанах. Трудней всего приходилось лошадям — при каждом шаге животные проваливались в снег по колено. Чтобы лошади не порезали ноги о края ледяной корки, во многих местах покрывавшей снег, и хоть частично защитить животных от холода, Тезка соорудил толстые обмотки из обрывков шкур.
Самое главное — отряд достаточно быстро продвигался вперед, и меня это устраивало.
Поправив давящую на плечи перевязь с моим новым мечом, я ускорил шаг. Невзирая на увещевания Рикара, я решил отказаться от навязываемого мне короткого меча с щитом и остановил свой выбор на двуручном мече, доверяя своим внутренним ощущениям. Встретить в пути опытного мечника, могущего вызвать меня на поединок, я не опасался, а с шурдами уж как-нибудь справлюсь. Конечно, существовала возможность наткнуться на таинственных сгархов, но на этот случай у меня была лишь одна стратегия действий — бежать со всех ног.
Судя по обрывочным описаниям этого порождения шурдской магии, девять человек не выстоят против сгарха.
Солнце уже перевалило за полуденную черту, когда, гуськом поднявшись на заснеженный холм, мы остановились перевести дыхание и осмотреться. Насколько хватало взгляда, вокруг раскинулась холмистая равнина с редким кустарником и деревьями. Позади нас возвышалась огромная Подкова, впереди виднелась темная кромка леса.
По расчетам Литаса, мы доберемся до опушки сегодня вечером, если не сбавлять скорость передвижения.
Я чувствовал себя неуютно — где-то здесь мы встретились с земляной воронкой, которая с легкостью заглатывала в себя целые холмы и рощи. В прошлый раз лишь чудом никто не был погребен под толстым слоем камней и песка. Мы так и не узнали, что именно представляет собой земляной водоворот — ясно лишь, что это наследие некогда прошедшей здесь войны магов. Все участники той войны давно мертвы, даже их останки истлели в прах, а порожденная ими магия все еще живет и продолжает уничтожать людей…
Немного восстановив дыхание, мы продолжили путь.
По вершинам холмов стелился холодный ветер, вздымая облака искрившегося снега. Царившая над равниной тишина, прерываемая лишь звуками сиплого дыхания, редкими словами и фырканьем лошадей, ощутимо давила на сознание. Жутковатое чувство, похоже, посетило не только меня, и мы старались держаться поближе друг к другу.
