В следующий раз удача может отвернуться от меня, и тогда мои люди вернутся обратно с хладным трупом на руках.
Подняв голову, я обратился к священнику:
— Отец Флатис… вы хоть раз в своей жизни ощутили себя на моем месте? Когда приходится ободряюще улыбаться ждущим от тебя чуда людям, а сам со страхом ждешь следующего дня… Когда каждый день охотники уходят за добычей, а ты не знаешь, вернутся они или навсегда сгинут в дебрях Диких Земель?.. Как я могу отправить людей в объятия смерти и спокойно ждать их возращения?
— Был ли я на твоем месте? Был… — глухо ответил священник, и я заметил, что его руки мелко дрожат.
— Был… Бремя власти невыносимо тяжело, но кому-то приходится взвалить его на себя и принимать нелегкие решения. В тебе сосредоточены надежды людей, и нельзя попусту рисковать собой. Когда падешь ты, падут и они. Лишь вера в тебя придает им силы. Помни об этом.
— Я запомню ваши слова, — кивнул я и, желая поскорее сменить тему, указал на плечо: — Может, подлечите рану, а то на самом деле руку отрезать придется.
— Не придется, — хмыкнул священник, нагнувшись над Стефием и вливая ему в рот травяной настой. — В ране начиналось заражение, но кто-то ее хорошенько почистил. Осталось только сменить повязки и на время забыть о занятиях с мечом.
— Забыть о занятиях с мечом? — обрадованно переспросил я. — Святой отец, вы, главное, не забудьте это Рикару сказать — насчет занятий.
А что с церковью?
— Растет как на дрожжах! — улыбнулся отец Флатис. — Богоугодное дело всегда быстро делается! Скоро крышу положим, а там и до первого молебна недалече!
Закончив давать Стефию лекарство, священник занялся моей рукой, и следующие десять минут мне было не до вопросов. Но все когда-нибудь кончается, и вскоре я с облегчением смотрел на плечо, скрытое под свежей повязкой.
В довершение всего, отец Флатис вручил мне кружку, наполненную непонятной густой жидкостью бурого цвета, и велел выпить до дна. Подчинившись, я выпил все до последней капли и скривился от разлившейся во рту дикой горечи.
К счастью, в лечебницу зашел Рикар и сунул мне в руку кружку с вином, которую я с наслаждением сразу же ополовинил. Отец Флатис скорбно покачал головой, но промолчал.
