— Пришлет врача?
— Азамат педиатр, — улыбнулся Тимур. — У него в клинике все врачи профессионалы, ты не переживай, — забрав у меня верхнюю одежду, открыл дверцу встроенного в стену шкафа.
На больницу это мало походило, особенно на больницу из моего детства. Я словно не в палате нахожусь, а в дорогом номере отеля. Панорамные окна, которые можно было закрыть при желании тяжелой шоколадного цвета шторой, два белых небольших кожаных кресла у лакированного белого стола. Дизайнерский стул причудливой формы тоже белого цвета.
Зеркало с подсветкой, несколько ниш. В самый глубокой располагался кожаный диван. Прикроватные удлиненные тумбы, одна на колесиках с выдвижным столиком. Единственное, что выдавало клинику – медицинская кровать с колесиками, всякими пультами, рычагами. За теми дверьми, наверное, уборная и душевая. Интересно, сколько стоит пребывание здесь? О перечне предоставляемых услуг и цен и спрашивать было страшно.
Ромулов вернулся вместе с терапевтом. Невысокого худощавого мужчину с лысой головой и пышными усами звали Алексей Федорович.
Он задавал мне вопросы, отмечал что-то у себя в планшете. Иногда на вопросы отвечал Тимур, потому что я ничего не помнила.
— Оставим вас на два дня, Ксения, — обезоружил меня доброй улыбкой. — Сердечко ваше проверим, обследуем, если понадобится, сделаем назначения, — говорил, но смотрел внимательно на Тимура и Азамата.
— Располагайтесь, вам сейчас принесут ужин, — хлопнув Шахова по плечу, произнес Азамат. Отчество мне не назвали, поэтому я даже не знала, как к нему обратиться.
— Я бы заказал, Азамат, — Тимур, видимо, знал распорядок клиники, поэтому ему стало неудобно, что из-за нас беспокоят кухонных работников.
— Из ресторана? — скептически выгнув брови. — Тим, Ксении лучше посидеть на особой диете, пока организм полностью не очистится от этой дряни.
Дверь Азамат за собой прикрыл, мы остались в палате одни. Я прошла к дивану и села на него. На больничную кровать мне что-то не хотелось. Проскользнула даже предательская мысль, что при желании на этом диване мы поместимся оба.
Щеки тут же вспыхнули, поспешила отвести взгляд, пока ничем себя не выдала. Тимур не спешил нарушать тишину, а мне казалось, пауза затягивается.
— Ты останешься со мной? — не узнавая свой осипший от волнения голос. Не знаю, почему это вырвалось из меня. Наверное, на подсознательном уровне мне нужно было знать, что я не останусь в больнице наедине с собой и своими страхами.
