Страха уже нет, появляется неловкость.
— В эту же ягодицу?
— В какую больше нравится.
Второй укол я стараюсь делать аккуратно, заботясь о своем здоровом пациенте.
— Теперь моя очередь, — натягивая на себя штаны. Вся эта процедура выбила меня из равновесия. Страх никуда не делся, но паники нет. — Ложись на живот.
Послушно выполняю просьбу и зажмуриваюсь, чтобы не видеть шприцев. Зачем-то тяну футболку вниз, когда ее нужно задрать. Чувствую себя некомфортно, словно лежу голая перед незнакомым мужчиной.
Тимур задирает край футболки до поясницы, сжимаюсь от смущения.
Он не спешит с манипуляциями. Пытаюсь повернуться, его резкий окрик останавливает:
— Лежи спокойно, — спускает край трусов, я от стыда закусываю одеяло. — Когда будешь готова, скажешь, — его низкий голос врывается в смущенное сознание. Почему это так волнующе? Откуда мурашки по коже? Тимур подушечкой пальца гладит оголенный участок ягодицы.
— Я готова… готова… коли, — лишь бы скорее спрятаться под одеялом.
Ощущаю прохладную влагу на коже.
— Ты напряжена, расслабь ягодицы, — звучит ужасно пошло.
— Я не буду так колоть, сломаешь иглу. Рыбка, расслабься, — таким тоном, что у меня с виска капля пота скатилась – и это не из-за температуры. — Твои родители тебя обижают? — вопрос настолько неожиданный, что я теряюсь.
— С чего ты взял? — голос проседает. Шахов зашел на запрещенную территорию. Это только мое. Я ни с кем не делюсь. Почти не реагирую на легкое жжение. Внутри беспокойство другого рода.
— Все, — натягивает на ягодицу трусы.
— А второй? — отмечаю, что не ощущаю страха.
Внутри бардак и полный раздрай.
— Там обычная вода, — забирает все с тумбочки и уходит. У дверей задерживается. — Если захочешь поговорить, я в твоем распоряжении…
Глава 18
Ксюша
Это сражение я с треском проиграла, но надо отдать должное Тимуру, он заставил меня переступить свой страх. Никогда не подумала бы, что смогу поставить укол. Наверное, рука поднимается сделать больно только Шахову, потому что он тот еще гад.
Настораживает меня своей заботой.
Со мной мама так никогда не возилась, когда я болела. Откуда только всякие ухищрения знает, как побороть страхи? Получилось ведь. Поставил он мне укол, а я не захлебываюсь в истерике.
Позволяю себе расслабиться и спокойно болеть. Присутствует температура, пусть и не такая высокая, как утром. Кашель мешает уснуть. Выходить из тихой спальни не тянет, поэтому остаток дня до прихода друзей я просто лежу.
Звонок в дверь заставляет меня радостно подпрыгнуть на постели.
