Казалось, сам воздух уплотнялся и давил на грудь. Но я не могла понять почему. Магии здесь и не было, а других причин я не видела. Кроме неприятного сладковатого запаха, который становился все гуще по мере того, как мы поднимались.
Наконец эта пытка закончилась. Тяжело дыша, я преодолела последнюю ступеньку и оказалась на узкой дорожке, вьющейся между странных растений. Они были похожи на папоротник, только красные и росли здесь в изобилии.
– Держись поближе ко мне, – предупредил Драмиэль, оглядывая густую растительность.
Не успела я спросить почему, как из ближайшего красного куста выстрелила лиана. Дядя подставил руку. Лиана коснулась ее и, зашипев, резко отпрянула.
– Что это? – ужаснулась я.
– О, всего лишь красноцвет. Или, как его называют в народе, драконья погибель, – ответил он с таким видом, будто речь шла о сущей ерунде.
Мы двинулись по тропинке. Лианы продолжили нападать, но Драмиэль лишь вскидывал руку, и они тотчас отставали от нас. Отец и охрана шли впереди.
– А их почему не трогают? – задала я резонный вопрос.
Драмиэль тяжело вздохнул.
– Скажи, ты ничего странного не заметила? Когда ступила на остров.
– Заметила. Здесь нет магии. И я больше не чувствую в вас дракона.
– Все верно. Красноцвет недаром назвали драконьей погибелью. Его запах ослабляет и усыпляет наших драконов, а листья впитывают магию. Видишь, как он буйно растет? Он питается драконьей магией.
– То есть… этот сладковатый запах – от красноцвета? – догадалась я.
– Да. Теперь понимаешь, в чем весь ужас пытки? Здесь даже сильнейший из драконов становится слабее человеческого младенца.
Я нервно сглотнула.
– А как же охрана? Они не драконы?
– Нет. Это обычные люди.
– И даже не маги! – поразилась я. – То-то мне показалось странным, что у них нет никаких артефактов.
– Они им не нужны. Единственный способ покинуть остров – это улететь. Но, как ты понимаешь, ни один дракон не сможет здесь обратиться. Даже я уже чувствую слабость. Мой дракон засыпает.
Я прислушалась к себе, однако, кроме усталости от крутого подъема, ничего не заметила.
Да, драконица не отвечала. Но это было ее естественное состояние. А феникс ощущался четко и ясно. Особенно его неуемное любопытство. Его, то есть меня, так и подмывало протянуть руку и поймать одну из красных лиан, мельтешащих вокруг нас. Или сорвать лист красноцвета.
– Мне пока нормально, – озвучила я. – Только ноги устали.
– Значит, магистр Рорх тебя мало гонял, – хмыкнул Драмиэль.
