Все нахер! Пальцы цепляются в скрытую змейку, в одно мгновение расстегивают ее, и черная ткань скатывается плавной волной по плечам, рукам, оголяя аккуратную грудь без лифа и яркие спелые вишни сосков. Вау.
От неожиданности меня кидает в разные стороны, руки резковатыми движениями тянутся к груди, наконец-то сминая бугорки пальцами. Света с утробным стоном запрокидывает голову и являет мне пульсирую жилку на шее, в которую я моментально впиваюсь, проводя по ней языком сверху вниз, уползая еще ниже, прямо к груди, жалю поцелуями, вгрызаясь жадными укусами.
Языком обвожу ореолы, выдыхая прямо в покрытую мурашками кожу.
Это до пиздецов приятно, на грани боли, потому что в штанах все давно дымится. И будь на месте Светы другая, я бы трахнул ее прямо в машине без всяких воплей совести, продирающих грудную в кровь, но вместо этого рычу, упираясь горящим лбом в грудь. Мне сейчас просто надо дать пощечину.
—Ударь меня. Оттолкни, скажи «нет», Света, — злобно бросаю ей, сильнее притягивая за лопатки дрожащую фигурку к себе.
Ну же, маленькая, давай!"
"А вместо этого ладошки касаются макушки, выводя невидимые узоры на коже, перебирают волосы. Наклон. Она нежно целует меня, раскрывая объятия, которые я воспринимаю как приглашение к битком заставленному столу с яствами.
Меня плющит и раздирает в разные стороны, пока я скрупулезно рассматриваю ее подрагивающее от смущенной улыбки личико.
**************
Упираюсь лицом в ее пылающую щеку и дышу так тяжело, будто бы мне на грудь падает бетонная плита.
Света в ответ дышит так же, обжигая меня собой еще больше, буквально уничтожая последние ростки адекватного мышления, что могли еще быть во мне. Топчет она из с особым удовольствием.
Смотреть на нее даже сложно, не говоря уже о большем. Пульсирующая жилка действует на меня как гипноз на приеме у психолога, снова тянусь к ней и веду языком, сильнее притягивая малышку за бедра к себе. Пухлая грудь упирается в меня, лишая всех сомнений насчет размеров, форм и даже упругости — теперь я в курсе всего, в курсе запаха, в курсе ощущений от прикосновений, осталось только оголить полностью и сдохнуть в муках.
Сжимаю в руках и втрамбовываю в себя Светлячка, чтобы ни сантиметра более не осталось, только вся целиком рядом со мной.
—Женечка, только не надо меня отталкивать, — умоляет меня, обхватив лицо ладошками, и это действует как чертов удар под дых.
