– Но почемуль? Почемуль? Ненавижу этот проклятый Тефтелет! Кто-то его сглазиль, прокляль! Это все подлий зависть! Я ненавидеть фсех! Фсех!
Тренер невидимок бессильно погрозил кулаком ангару, в который заталкивали дракона бабаев.
– Клянусь стрелой, которая когда-то сделала меня кривым, это не зависть, а ваша глупость, – сказал Соловей.
– Мой глупость! Докажиль это! Не просто болталь, а докажиль! – вскипел Айзек.
– Какой сегодня лунный день? – спросил Соловей.
– А я откуда зналь, какой? Чего вы ко мне присталь со своей Луной?
– Вынужден вас разочаровать.
Личной Луны у меня нет. Сегодня семнадцатый день Луны. В этот день драконов, если они родом из Индии или с Ближнего Востока, никогда не выставляют на матч. Тренер высшей лиги должен это помнить, если он на своем месте.
Шмыглинг застыл как статуя.
– А-а-а! Проклятье! Я забыль! Почему вы мне раньше не сказаль?
– Советы дают тем, кто в них нуждается и кто готов их выслушивать, не унижая достоинства советчика, – холодно ответил Соловей, снова собираясь уйти.
Однако Айзек Шмыглинг вцепился в него как клещ.
– Дракон… Мы в тупик! Нам нужиль новый дракон для невидимка! Ви будете продаль нам свой Гоярын?..
Глубокий шрам на лице Соловья дрогнул.
– Вы больны? А Буян вам в придачу не дать? – поинтересовался он.
– Ви не хотите, ньет? Мы класть много зеленый мозоль на ваш расчасанный счет! Вам же лично мы давать премия! Много водка, много любофф?.. Тоже нет? О, как ви сурофф! Тогда ви одолжиль его нам на один игра? Всего на один игра! За такой короткий фремя мы не сможем купиль приличный подготовленный дракон!
Соловей разглядывал Шмыглинга с живым интересом биолога, по пальцу которого ползет волосатая гусеница.
– На колени! – сказал он, прерывая его болтовню.
Айзек изумленно заморгал:
– Я вас не понималь. Я должен сесть к вам на колени?
– Вы должны встать на колени! Здесь, на песочке!..
Шмыглинг, поняв, вспыхнул:
– Вы не имеете райтс, старый дурак!.
.
– Я вообще не имею в Магфорде никаких прав! Но мне пора! Я вижу, дальнейший разговор не имеет смысла.
Шмыглинг быстро покосился направо, налево, проверяя, слышит ли их команда. Команда сгрудилась вокруг и, разумеется, все слышала. Красный, распаренный Шмыглинг выглядел таким раздраженным, что казалось – воздух нагревался, соприкасаясь с ним."
"– Всем отвернуться, глюпый болван! Не смотрель сюда! – пискнул Айзек, грузно падая на колени.
