Чучело ее крокодила мелькало то на одном, то на другом конце поля. Маленькая и решительная, Маша едва заметна была на его широкой спине. Сыновья Гоярына – а сегодня на поле их было двое – следили за чучелом с ревнивым чувством, втайне подозревая в нем дракона-конкурента. Другие члены команды играли ровно, выкладывались, технически правильно повторяли фигуры, которые прутиком чертил на песке Соловей, однако чего-то главного им все же недоставало. Возможно, искры таланта? Не потому ли Соловей О. Разбойник, сидевший на тренерской скамье, так похож был на взъерошенного, недовольного ворона?
«Нет, прав Соловей… бабаев мы бы не разбили… да и магфордцев тоже», – не без грусти подумала Таня.
"
"Хотя если задуматься, то кто знает? Команда Магфорда сейчас не в лучшей форме. Многие игроки сменились. Другие, как Пуппер, просто не могут выйти на поле. Говорят, самая добрая тетя застраховала Гурика на такую колоссальную сумму, что во время тренировок толпа страховых агентов носится по полю, готовая подхватить Гурика, если он нечаянно свалится с метлы.
По слухам, агенты мешают даже свиданиям Гурика с Джейн Петушкофф. Они бродят рядом, покашливают, трясут копиями страхового полиса и вежливо напоминают, что при поцелуе от одного человека другому передается до миллиарда микробов и они ни за что не отвечают.
– Погоди, если сегодня двадцать второе, то наши прилетают уже завтра? – удивленно спросила Таня.
Последние дни выдались такими загруженными, что она совсем потеряла им счет.
– Ясный перец, – откликнулся Ягун.
Внезапно он вскочил и принялся размахивать руками, привлекая внимание Кати Лотковой, которая, стоя в проходе, как будто кого-то искала.
– Кать, мы здесь!
Лоткова бодрым, но странно разболтанным шагом приблизилась к ним почти вплотную и, вдруг повернувшись, продемонстрировала в спине дюжину столовых ножей. Затем рассмеялась знаменитым идиотическим смехом поручика Ржевского и растаяла, прежде чем кто-то успел крикнуть «Дрыгус-брыгус».
Ягун сплюнул.
– Вот паразит Ржевский! Одурачил меня!
– А меня нет… У Катьки походка не такая. И по колено под землю она тоже не проваливается, – сказала Таня.
– Правда, что ли? А я думал, она потому так идет, что ей не нравится, что я с тобой сижу, – пробормотал Ягун.
– Да? Разве Лотковой не нравится, что мы с тобой общаемся? – удивилась Таня.
Вопрос озадачил Ягуна.
– Шут ее знает… Да нет, наверное, нравится. Она же знает, что мы друзья.
