Те из них, что знали страх, погибли еще учениками. Но они знают, что ненависть – это бомба, которая разрушает прежде всего того, кто ее бросает. И исключений, увы, нет.
Гробыня кивнула. Она умела оценить убедительную речь.
– Слушай, Бейбарсов! А ты неплох! Зритель это оценит! Хочешь, я поговорю с Грызькой? Ей для запуска нового проекта нужны некромаги. Ты как насчет того, чтобы перебраться на Лысую Гору? – предложила она.
Глеб искоса взглянул на Зализину. Та стояла с поджатыми губами.
– Я подумаю, – сказал он.
– Мы подумаем! – с улыбкой поправила Лизон."
"Таня заметила, что Глеб поморщился. Вот что значит снайперский выстрел – пробивает даже броню спокойствия некромага.
Точно ледокол взламывая толпу, к ним вернулся Гуня.
– Ушел, паразит! Ну ничего… Мир тесен! – сказал он.
Гробыня сочувственно погладила его по щеке.
– Ежик мой небритый! Устал, замучился ловить противного Горьяшку! Ну ничего, сейчас ты отдохнешь! Бери в одну ручку пылесосики, в другую чемоданчики! Пойдем устраиваться! – сказала она и решительно отбыла, уводя за собой Гломова.
Таня хотела нырнуть в спасительный проход галереи вслед за Гробыней, но Зализина вновь вцепилась ей в плечо. Схлопотав по носу от Склеповой, она явно нуждалась в истерическом реванше.
– А ты куда, Гроттер? Мы еще не договорили!
«Ну все!» – мысленно сказала себе Таня, поднимая руку с кольцом.
– Привет, Лиза! Привет, Глеб! – крикнул кто-то издали.
К ним, улыбаясь ласково и тепло, подошла Катя Лоткова и расцеловалась вначале с Зализиной, а затем с Глебом.
«Правильная последовательность!» – оценила Таня. Лоткова не то чтобы дружила с Лизой – с ней вообще невозможно было дружить, но их отношения были вполне нейтральными.
Секрет Лотковой – секрет большой и беспроигрышный – состоял в том, что она умела быть терпеливой и приветливой со всеми. Обогревать окружающих радостью и хорошим настроением, как весеннее солнце. Неудивительно, что Ягун из множества девушек Тибидохса выбрал именно ее.
– Чего улыбаешься, Лоткова? Можно подумать, ты умираешь от счастья! – неприязненно сказала Зализина.
Она неотрывно смотрела на то место на щеке Глеба, которого коснулись губы Лотковой.
– Почему бы и нет? Если я соскучилась? – вежливо спросила Катя.
– Ну если соскучилась – тогда да… – растерянно протянула Лизон и тотчас пакостно подчеркнула: – Если…
Однако Таня уже не вслушивалась. Почувствовав, что Зализина отпустила ее локоть, она быстро нырнула в спасительную темноту галереи.
