Я должна для себя решить, раз и навсегда: друзья мы или что-то большее. И я знаю, что мы больше, чем друзья, потому что мне хорошо с ним и легко, я чувствую в нем надежность и уверенность.
– Одень это, – Сэм утвердительно кивнула головой, когда увидела меня перед зеркалом. Длинное шелковое платье обволакивает мою фигуру, но открывает почти всю спину. Поджимая губы, вспоминаю о том, что это платье слишком похоже на то, что я купила под влиянием сучки Мур.
– Не думаю, что это хорошая идея. Я просто его померяла. Его нужно носить без белья, не думаю, что на таком мероприятие уместно чересчур откровенное платье.
Я спустила его по плечам, оставшись в одном нижнем белье, и расправила на кровати.
– У тебя новая татуировка? – Сэм нахмурилась, подойдя ко мне ближе. Черт, я совсем забыла. – Мэл, какого черта?
– В смысле?
– Это на каком языке? – она тыкнула в иероглифы на моих ребрах.
– Неважно, – отмахнулась я. – Сэм, это не то, что ты думаешь.
– Конечно – конечно. Это на его языке…
– На чьем языке? – я выразительно посмотрела на подругу, напоминая Сэм, что имя Джареда под запретом.
– Ты права. Хорошо, закрыли тему. Но ты оденешь платье, и это не обсуждается. Брайан с ума сойдет, – она повисла на моем плече, и я обняла Сэм в ответ. – Может вы успеете определиться с вашими отношениями за месяц. Через четыре недели мы с Мэттом уплываем в круиз по Карибскому морю…поехали бы парочками, – мечтательно произнесла она. – Тебе же он нравится, почему ты мучаешь парня?
– Потому что он не должен спрашивать разрешения, Сэм.
Если он хочет быть со мной, он должен вести себя так…понимаешь…чтобы не оставить мне выбора. Я хочу, чтобы мне не оставили выбора, чтобы не было у меня выхода… – шепчу я, понимая, что для подруги, это звучит, как полный бред.
– Мэл, выбор есть всегда…
Я качаю головой. Джаред никогда не давал мне выбора. Он всегда вел себя так, словно я уже принадлежу ему. С первого дня, в библиотеке. Его взгляд всегда кричал мне всего два слова: «ты – моя».
В этом я нуждалась.
Сумасшедшая.
Сплошные противоречия. Ведь в Анмаре это было так трудно признать, и я проклинала Джареда за это. За то, что смотрит на меня, как на собственность.
* * *– Боже, Мелания Йонсен, ты удивительная женщина, – мягко шепчет Брайан, притягивая меня к себе, когда я закрываю дверь такси. Мероприятие предстояло грандиозное. Вечеринка «для своих», где я почувствую себя лишней.
Внутри просторного особняка за пределами Нью-Йорка собралась вся элита Манхэттена.
