Сначала я должен увидеть ее и убедиться, что Мэл не пострадала."
"Всего несколько секунд, и я внутри. Никто даже не посмел остановить меня, хотя у дверей стояла охрана. Дурное предчувствие охватило сразу, как только я переступил порог небольшой комнаты, пропахшей лекарствами. Мой взгляд нашел ее сразу. И она тоже меня заметила, затрепетала, дернулась, испуганно сжалась, прижимаясь спиной к изголовью кровати, поджимая к груди колени. В два шага оказываюсь возле нее, пристально вглядываясь в бледное, почти бескровное лицо.
Ее глаза выражают ужас, пронзительный взгляд бьет в самое сердце. Но другого я и не ожидал. Я быстро рассматриваю хрупкую фигуру в длинной черное абайе, пытаясь найти подтверждение моих подозрений. И нахожу. Стискиваю челюсти, произнося ругательства на арабском сквозь зубы, замечая, что ее одежда порвана и в некоторых местах забрызгана кровью.
Мой свирепый вид действует на Мэл не лучшим образом. Она закрывает ладонями лицо, словно пытается спрятаться от меня, ее дыхание становится быстрым и прерывистым, сигнализирует о приближающейся истерике.
Опускаясь на корточки перед кроватью, я беру ее ладони, с силой разводя в стороны, но при этом ласково поглаживая пальцами.
– Скажи. Что он сделал, и я убью его. Прямо сейчас. Если хочешь, то сделаю это при тебе, – произношу я, глядя в сверкающие от слез, полные нечеловеческого страха глаза, который становятся просто бездонными, когда до нее доходит смысл моих слов.
– Скажи мне, Лана. Что он сделал? – повторяю я уже мягче.
Ее ресницы дрожат и пересохшие губы тоже. Она быстро моргает, несколько слезинок скатываются по щеке, и я медленно прослеживаю взглядом их путь.
– Ничего, – хрипло и тихо вырывается у нее. Я требовательно смотрю на нее, удерживая лицо Мэл за подбородок. Она упрямо молчит, поджав губы, и я прижимаюсь лбом к ее лбу, тяжело дыша.
– Пожалуйста, скажи мне. Клянусь, что он за все заплатит, – шепчу я, чувствуя ее напряженное неприятие моей близости. Я беру Лану за плечи, и она жалобно всхлипывает, словно от боли.
Опускаю взгляд на ее плечо, замечая, что там отсутствуют лоскутки ткани, и в прорезях видна повязка. Она ранена? В глазах темнеет. Что… Кто?
– Ты можешь молчать, но я убью его… – рычу я, вскакивая на ноги, и тут Мэл хватает меня за руку, но тут же отпускает, словно коснулась змеи.
– Нет. Он… не в том смысле. Что ты подумал, – едва слышно произносит она.
– Ты вся в крови, Мэл. Не сама же ты…
– Она не вся моя… Али ранил тигра.
