Мои чувства, слова и поступки не поддаются контролю. Я просто срываюсь в пропасть, чтобы потом голыми ступнями по горящим облакам.
Тот танец на стеклах… Смогу ли я объяснить, зачем он был? Зачем я хотел, чтобы она прошла через то, что мне приходилось не раз и не два. Что-то внутри меня неустанно кричит ей – посмотри на меня, пойми меня, увидь настоящего, глубоко внутри. И я уничтожаю ее за то, что она не видит… И не перестану это делать, пока не получу все, что хочу, все, в чем нуждаюсь. И теперь пределом моих желаний является не только тело.
До дна… Но после того, что я сделал, она вряд ли позволит мне даже прикоснуться к ней. И в этом тоже был свой смысл. Я рву себя на части, пытаясь вырвать ЕЕ из своего сердца, а последствия обретают размеры ядерной катастрофы, после которой наши души становятся пеплом.
Иногда я думаю о том, что с нами не так? Почему мы не можем, как другие? Тихо, красиво, мирно и уютно? Почему она, несмотря на презрение и ненависть, позволят мне снова и снова причинять ей боль? А я, как наркоман, хочу больше и больше.
Боли. Слез. Терзаний. Почему, когда мы оказываемся рядом, все вокруг исчезает и вспыхивает адским пламенем? Воспитанный отцом анмарец, жаждет видеть ее рабыней, склоненной возле моих ног, покорной и всегда готовой доставить удовольствие, но другой… другой видит в ней, достойную себя, женщину, сводящую с ума одним только взглядом. Никто и никогда не заставлял меня испытывать столько боли, гнева и желания. И никто никогда не сможет.
То, о чем рассказывала моя мать, случилось. «Единственная женщина, которую ты будешь любить всю жизнь. И даже если ее не будет рядом, для тебя ничего не изменится.» Многое из того, что рассказывала она мне в далеком детстве, вспыхивает сейчас яркими, короткими воспоминаниями. Мама хотела видеть меня другим, не похожим на своего отца, пыталась взрастить во мне мужчину из ее мира. Но вышло иначе… Могла ли она понять уже тогда, во что, в кого я превращусь? Что, если да? Возможно, в этом кроется причина того, что она не боролась за меня… своего единственного ребенка.
В красивых фильмах про любовь, сценарий разнится с тем, что имеем мы с Мэл. Лучшее во мне – вот, что должна была пробудить во мне любовь. Но нет, она взывает к худшей стороне, все громче и сильнее.
В нашем случае романтикой и мелодрамой даже не пахнет. Гребаный фильм ужасов – вот во что превратилась наша жизнь.
Глава 18
У животных есть душа. Я видел это в их глазах.
