Я думала, что следующий пункт – бордель, или логово Али… Ничего, не страшно. После Джареда, даже ад покажется райскими кущами.
– Хорошо, – коротко отвечаю я, но с благодарностью смотрю на Амира. Мы перешли на «ты», и я всегда чувствую тепло, и почти отцовскую заботу, исходящую от него. Он уже почти не посматривает на меня… как мужчина. Скорее, как на дочь.
Амир подходит ко мне, и протягивает свои руки вперед, к моему лицу. Сначала я дергаюсь, испытывая страх, что он тоже… такой же, как они и мне угрожает опасность.
Но Амир просто снимает с меня маску. И почему-то я уверена, что это сделано против воли Саадата…
Я испытываю бескрайнее чувство благодарности.
Глава 17
У некоторых людей холодное сердце. Это не означает, что они злые и черствые. Просто однажды их по-жесткому предали.
Оскар УайльдДжаред
Задерживаюсь в офисе дольше, чем требуется. И уже не в первый раз, и не потому что не успеваю разгрести текучку, а тупо оттягиваю возвращение домой. После случившегося вчера, играть роль образцового мужа и будущего отца стало невыносимо.
Я понимаю, что Рания ни в чем не виновата, она идеальная, но каждый раз оказываясь с ней наедине я ощущаю внутреннее раздражение. Я не хочу ее, мне неинтересно находиться рядом с собственной женой, но мысль о будущем ребенке немного сглаживает мое отторжение, и я изо всех сил пытаюсь быть милым и внимательным. Но, несмотря ни на что, мы чужие. И количество приведенных ночей в одной постели не меняют этого ощущения. Я не люблю ее, и никогда не смогу полюбить.
Я уверен, что это взаимно. Возможно, никакие годы совместного проживания не изменят несовместимости наших сердец.
Единственная о ком я могу думать бесконечно, с щемящей болью в сердце и сумятицей в мыслях – это Мелания. Я физически ощущаю увеличивающееся между нами расстояние. То, что я сотворил с ней вчера… Поддался безумию, гневу, ревности. Меня и сейчас трясет, как только я вспомню, как Али лапал Мэл, и что еще мог сделать, если бы не его фраза про татуировку.
Бл*дь, у меня даже мысли не было, что она может быть среди шлюх, развлекающих толпу. Конечно, я не узнал ее. Черт, это какой нужно быть дурой… НЕ могу понять ее, не могу. И это сводит меня с ума. Каждую минуту. Я задыхаюсь от гнева, от чувства вины, разрывающей сердце боли. Но я уже ничего не могу исправить.
Выругавшись вслух, закуриваю прямо в офисе, не опасаясь пожарной сигнализации. У меня ее отключили, еще пару недель назад.
