У тебя есть с кем вести беседы. Возвращайся к своим… утехам, – последнее слово она снова выкрикивает сквозь плачь.
– Послушай, Мэл, ты же не думала, что я буду хранить тебе верность? Ты же не конченная идиотка? Я, вообще-то, женат. Ты забыла?
– Это ты забыл, Джаред. Не могу поверить, что можно быть такой сволочью. У тебя нет никаких моральных ценностей? Ты омерзителен. Меня тошнит от мысли, что ты ко мне прикасался.
Ее слова что-то задевают в моей душе, и я сатанею от ярости. Не знаю, на кого злюсь больше.
Скорее, на себя. Она не должна была увидеть… Не могу представить, что я бы сделал, если бы увидел Мэл с тремя мужчинами. Убил бы всех на хрен.
– Открой дверь, сука, или я выломаю ее и придушу тебя, – рычу, ударяя кулаком в дверь, повреждая костяшки пальцев. До меня доносятся ее сдавленные рыдания, переходящие в испуганные крики, когда я начинаю методично долбиться в дверь плечом. Если ударю ногой, то высажу весь косяк."
"– Пожалуйста, Джаред.
Не делай этого. Я завтра открою. Просто дай мне время, – всхлипывая, обращается ко мне Мелания, с мольбой в голосе. Она напугана до чертиков. Не знаю, что именно в ее словах заставляет меня перестать выламывать дверь. Я слышу, как она плачет, и чувствуя себя последним подонком. Еще вчера она смеялась и улыбалась мне, и я видел свое отражение в небесно-голубых глазах. Я прижимаю ладонь к двери, прислоняюсь лбом к деревянной поверхности, тяжело дыша.
– Мне жаль, Мэл.
Прости меня, – шепчу я, приходя в ужас от собственных слов. Ее рыдания становятся громче, разрывая мое сердце.
И я ухожу, понимая, что мне нечего больше добавить, никакие объяснения не смогут помочь сейчас Мэл не испытывать боли.
Я уезжаю домой. Прошу Амира отвезти меня, так как сам вести машину не смогу. Чувствую себя разбитым, грязным, пропахшим женскими духами. Рания умело скрывает удивление, когда я захожу в гостиную. От меня несет за версту. Таким она меня еще не видела.
– Я в душ и спать, – сухо сообщаю я, направляясь к лестнице, которая ведет на второй этаж.
Но уснуть мне удалось не скоро. Можно сказать, я практически не спал, снова и снова прокручивая в памяти события минувшего безумного дня. Рания, притихнув рядом, тоже кажется не спала, но я так и не спросил, что тревожит мою жену.
Мелания
«Меня тошнит от мысли, что ты ко мне прикасался».
Я не соврала. Меня действительно тошнит.
