Он дрожащими руками схватил цепочку с солнцем, обошел меня, встав сзади, и нацепил на моей шее. Подвеска легла аккурат возле сердца, словно намекая, где ему всегда и следует быть.
В этот момент меня ослепили лучи, когда тучи разъехались, являя нам слепящее солнце. На миг мне показалось, что сверху мне улыбнулись, но, когда я раскрыла прищуренные глаза, сверху было лишь небо, как свидетель начала моей новой жизни.
— Луна моего сердца, — снова повторил Тагир, вставая напротив, близко-близко.
Я снова промолчала, не готова еще сказать заветных его сердцу слов.
Но на этот раз по моим губам заструилась мягкая улыбка, и я подняла голову, подставляя лицо его взгляду. Он понял намек и наклонился медленно-медленно, порханиями бабочки прошелся губами по моему лбу, щекам, а затем замер у губ.
Помедлил и, не встретив сопротивления, поцеловал. Это было единение, но не то, что бывает, когда ты настолько счастлив, что готов объять весь мир, а то, когда ты только-только влюбляешься заново, открывая свое сердце новому.
— Крх, — закряхтел вдруг Аслан, недовольный, что ему не уделили внимания.
Наш поцелуй прервался, и я наклонила голову, смотря на своего… Нет, на нашего сына.
— Мне нужно срочно обновить фотографию, — с улыбкой произнес Тагир, по-отечески гордо глядя на сына, наследника.
— Какую? — нахмурилась, не понимая, о чем он говорит.
Его губы изогнулись луком, а затем он достал из внутреннего кармана портмоне, раскрыл его, и я увидела ту самую фотографию, сделанную на полароид.
Ту, что когда-то с таким жадным интересом рассматривала Наиля в телефоне. Не думаю, что Тагир позволял ей лазить по своим вещам, теперь я знаю, что она действительно душевно больна.
Я не могу привести Тагира в дом, не хочу причинять боль родителям, но мама ясно дала понять, что я должна делать всё для того, чтобы быть счастливой. И я буду. Сделаю всё для этого.
* * *
Семь лет спустя
Ясмина
— Какие мазки, какой талант, вы только поглядите…
— Напоминает раннего…
— Это восхождение нового стиля, ничего подобного, не говорите чушь…
Сегодня впервые за все эти годы мне наконец удалось реализовать ту мечту, о которой когда-то грезила Малика.
Выставка ее работ. Я знала, что она будет иметь успех. Грустно только от того, что больше мир не увидит таких же прекрасных работ от ее талантливой руки."
"В этот момент глянула на другую сторону зала, где Тагир держал на руках нашу дочь и показывал картину, где было изображено наше село.
