Кентавр коротко оглянулся на И-Вана, подавая ему знак затаиться в одной из пещер, и с топотом, намеренно привлекая к себе внимание, поскакал на север, где темнели заросли. Солдаты издали метнули в него копья и кинулись вслед с короткими мечами.
И-Ван понадеялся, что среди брошенных в Мардония дротов не было копий Найди-Меня-Смерть. Эти копья, которыми была вооружена только гвардия, выковывались в царских кузнях От-И-Тиды. Едва раскалив, их остужали в воде трех чародейных родников, один из которых бил в горах, другой в песках, третий же – на дне океанской расселины вблизи побережья.
Копье Найди-Меня-Смерть, будучи брошенным, могло преследовать врага хоть целую вечность.
Убедившись, что фигуры внизу исчезли, И-Ван вначале бегом, а затем, потеряв равновесие, кубарем скатился с холма. С каждым мгновением он набирал скорость, стараясь лишь не заорать. По щеке и носу мазнуло чем-то жестко-наждачным: камень, земля? На зубах скрипел песок. Он отряхнулся, помотал головой. Картинка с названием «мир» встала на место.
Кажется, все цело. Сломанных костей нет.
Прошептав защитное заклинание дворянтерьерус, он кинулся к берегу. Теперь, если кто-то из солдат увидит его, то решит, что к океану бежит большая собака. Правда, он будет считать так, лишь пока не догадается плюнуть себе на ладонь и энергично протереть глаза. Этот простой способ против оборотнической магии широко известен в войсках и у простонародья.
Надежда была только на то, что на всякую бегущую по своим делам собаку не наплюешься.
И она вполне оправдалась.
Глава 4
ГОЛОВА КАК ЭЛЕМЕНТ ДЕКОРА
Там, где встречались и сливались две лесные речушки, был небольшой островок. За века его бы давно размыло, если бы не державшие его корни огромных ив. В широкой своей части остров был уже подтоплен и отрезан от основного леса болотом. В солнечные дни с его дна поднимались пузырьки с запахом тухлых яиц.
История этого зауряднейшего из болот едва ли попала бы в нашу книгу, если бы одним июньским днем в него с громким всплеском не обрушилось бы что-то.
Всплеск потревожил старую выпь и утиный выводок, который, едва не выпрыгивая из воды от ужаса, метнулся сквозь камыши в главное русло.
Рябь еще не улеглась, когда на берег выбралась смуглая девушка лет шестнадцати, крайне недовольная, что ей довелось побывать в болоте. Ощутив под ногами твердую землю, она без воодушевления посмотрела на облепленные коричневой жижей джинсы.
