Тогда я был еще молод и не боролся за свободу кентавров, хотя в моем имени уже было вос…
Кентавр прервался и быстро взглянул на И-Вана.
– Еще одна улыбка, и я тебя лягну! – сердито проржал он.
– Не надо. Мелкая мстительность не свойственна восьми буквам. Особенно если эти восемь букв со временем желают получить девятую за спасение отечества, – сказал И-Ван.
– В любом случае, я тебя предупредил… Так вот, я был молод, глуп и, переправляясь через Стикс, не разведал брода. На середине река подхватила меня и понесла.
Стикс, он нравный, и, что бы там ни говорили, у него есть душа. Если Стикс не хочет кого-то отпускать, то не отпускает, пока не наиграется. Я никак не мог выбраться на берег и выбился из сил, но тут мне наудачу подвернулось бревно. Или я попался ему, как смотреть на вещи. Бревно оцарапало мне круп и плечо, я же ухватился за него руками и не отпускал много часов, пока река несла нас. Наконец мы надоели Стиксу, и он выбросил нас в Варварских Лесах на Диких Землях. Я выбрался на берег и попрощался со Стиксом и своим бревном.
Меня шатало. Я ужасно устал.
– Говорят, в Варварских Лесах полно мертвяков! Земля там их не принимает, – заявил Шурасино.
Мардоний кивнул:
– Я тоже знал об этом. Между тем день клонился уже к вечеру. Развести костер мне было нечем. Поэтому я собрался с духом и поскакал напролом через заросли, надеясь выйти хоть куда-то. Ни троп, ни дорог – всюду сплошной бурелом. Так я скакал до сумерек, пока в лесу не стали рождаться странные шорохи. Я даже не знаю, как это описать.
Словно и нет ничего, а ты чувствуешь, почти видишь, как пальцы мертвецов раздирают землю, которая расступается, как мягкая глина…
– А ты? – тихо спросил И-Ван."
"– Я поскакал еще быстрее. Я мчался, как сумасшедший, не замечая ни веток, которые хлестали меня по лицу, ни зарослей – ничего. И тут, когда уже совсем стемнело, я вдруг увидел тусклый огонек. В лесу, на небольшой вырубке, стоял обветшавший дом, но все-таки дом, а не землянка. Дверь была закрыта, а огонек пробивался между ставен.
Я принялся колотить в дверь руками и копытами. Мне никто не открывал, но я барабанил с такой силой, что сломал щеколду, – продолжал кентавр.
«Еще бы, копыта-то какие у нашего жеребенка. Странно, что он дом не обрушил», – подумал И-Ван.
– Дверь распахнулась. Я кинулся внутрь, кое-как приспособил вместо щеколды полено и тогда только заглянул в комнату. Я был уверен, что встречу там кого-то, но нет… Я увидел только очаг, в котором полыхал белый магический огонь.
