Подберем другое выражение – мужество в отстаивании собственных убеждений.
Марго тоже улыбнулась.
– Это и в самом деле звучит лучше. Хотя большинство людей назовут эту черту обыкновенной стервозностью.
– Что ж, – сказала Нора. – Стервозность – тоже неплохо."
"Марго рассмеялась.
– Во всяком случае, Нора, я просто хотела извиниться.
– И я от души вас прощаю. Спасибо, Марго.
– До скорой встречи.
На мгновение Нора позабыла о ящиках. Она смотрела вслед удалявшейся стройной фигурке. Марго осторожно обходила встававшие на пути препятствия.
..
Глава 23
В лаборатории, на двенадцатом этаже полицейского управления, сидела на пластиковом стуле капитан Лаура Хейворд и изо всех сил старалась не смотреть на наручные часы. Арчибальд Квинс, старший химик, эксперт по тканям, расхаживал взад и вперед возле стола, заваленного вещдоками. Квинс то складывал за спиной руки, то размахивал ими. Говорил он, повторяясь, сбивчиво и злобно, однако сразу было видно: он потерпел неудачу.
Квинс остановился на полпути, пошел к ней, длинный, костлявый – локти да коленки.
– Позвольте мне обобщить.
«Слава тебе, господи», – подумала Хейворд. Наконец-то она увидит свет в конце тоннеля.
– Обнаружена горстка неизвестных волокон. Часть из них пристала к веревкам, которыми связали жертву. Другие найдены на диване, там жертва лежала перед смертью. Из этого можно сделать вывод, что упомянутые волокна оставил убийца. Согласны?
– Да.
– Поскольку все волокна одинаковые – длина, состав, скрутка и прочее, – мы можем также предположить, что волокна не пристали к одежде убийцы, а выдрались из самой одежды.
Хейворд кивнула, заставляя себя прислушиваться. Весь день, занимаясь работой, она испытывала странное ощущение: ей казалось, что она плывет над собственным телом. Она не знала, чему это приписать – то ли усталости, то ли шоку, вызванному неожиданным уходом Д'Агосты. Ей даже хотелось бы рассердиться, но гнев почему-то не приходил, осталось только горе. Куда он ушел, недоумевала она, и что сейчас делает? А самое главное – она не понимала, как все хорошее внезапно стало плохим.
– Капитан?
Хейворд догадалась, что ее о чем-то спросили. Быстро подняла глаза.
– Прошу прощения?
– Я сказал, не хотите ли взглянуть на образец?
Хейворд поднялась.
– Да, разумеется.
– Это чрезвычайно тонкая шерстинка, принадлежащая животному. Ничего подобного я еще не встречал. Мы решили, что это исключительно редкий вид кашемира, смешанный с небольшим процентом мериноса. Страшно дорогой.
