Спустя мгновение включилось дежурное освещение, на потолке одна за другой зашумели трубки флюоресцентного освещения.
И снова она постаралась успокоить бешеное биение сердца. В конце концов, это глупо. Не в первый раз в музее происходит отключение света. В старом здании это случается постоянно. Нет причин для волнения.
Не успела она сделать шаг, как снова услышала стук падающих досок, на этот раз звук раздался из комнаты, через которую она только что прошла. В этом грохоте было что-то намеренное, словно кто-то специально ее пугал.
– Кто там? – внезапно рассердившись, она повернулась назад.
В зале в полном одиночестве стоял алый склеп с черными украшениями.
– Если кому-то вздумалось пошутить, то я такие шутки не одобряю.
Марго ждала, напрягшись, точно пружина.
А что если это совпадение? Может, просто, сама по себе, упала еще одна доска. День-то был суматошный. Порылась в сумочке в поисках того, что можно использовать как оружие. Ничего не нашла. В годы, что последовали за музейными убийствами, она носила в сумочке пистолет, однако отказалась от этой привычки, когда ушла из музея и стала работать фармацевтом.
Теперь она ругала себя за то, что утратила бдительность.
И тут она увидела нож, которым вскрывали коробки. Он лежал на рабочем столе в дальнем конце комнаты. Она подбежала туда, схватила нож и, выставив его перед собой, пошла к дверям.
Еще один стук, громче прежнего. Похоже, швырнули какой-то предмет.
Теперь Марго была уверена: в выставочном зале кто-то есть.
И этот человек намеренно пытается ее напугать. Неужели все дело в публикации статьи? Вероятно, таким способом вынуждают от нее отказаться. Она узнает у охраны, кто еще приходил в зал, и немедленно доложит об этом руководству.
Марго бросилась бежать. Она миновала японскую чайную комнату и влетела в разграбленную египетскую гробницу, когда раздался еще один резкий щелчок. В этот раз погасли дежурные огни, и зал, в котором не было окон, окутала тьма.
Марго остановилась, парализованная страхом и чувством дежа вю: она вспомнила такой же момент на другой выставке в этом же музее.
– Кто здесь? – закричала она.
– Это всего лишь я, – ответил голос.
Глава 32
Смитбек замер, чувства его были обострены до предела. Посмотрел налево, направо, напряг зрение в зеленоватой темноте. Не было слышно ни звука, никто на него не накинулся.
Должно быть, воображение разыгралось, подумал он. Такое место кого угодно с ума сведет.
