– Какое доверие! Мне такого не добиться и за тысячу лет! – с издевкой произнесла Элеонора.
Она зажмурилась на мгновение, чтобы не видеть лица этих предателей. Они врали! Все! Позволяли думать, что она что-то может самостоятельно.
– Прошу прощения, княжна, – произнес Малис, врываясь в ее гневные мысли.
– И не подумаю прощать, – заговорила она. – Константин?..
– Знал, девочка, – ответил Высший.
– Мама?!
– Прости, – ответила княгиня.
– Я поняла, – произнесла Эля. – Спасибо, папá, за проверку. Теперь я могу вернуться к себе в покои? Если ты позволишь, конечно.
– Как ты еще похожа на смертных. Эмоции. Эмоции. Эмоции, – последовало вместо ответа. – Если хочешь, можешь остаться и послушать.
– Не хочу!
– Я так и думал, – заметил Александр. – Пятеро, что осмелились напасть на мою дочь, должны быть к обеду следующего дня здесь, – прозвучало приказом. – Их казнь послужит примером для остальных.
Княжна подошла к двери, обернулась и прислушалась.
– Михаила оставьте в живых, остальные могут быть в улье в любом состоянии, – продолжал Темный князь.
– Не думаю, что это хорошая идея, – Эля прервала отца.
– Почему же?
Она дождалась, когда все взгляды будут обращены на нее.
– А этого вы разве не знаете? – мило хлопала ресницами. – Папá, и ты не в курсе?
– Элеонора! – Темный князь рывком переместился к дочери. – Не играй.
– И не думала, – ответила та, смело отвечая на холодный взгляд.
– Я повторю еще раз. Почему тебе так важны судьбы вампиров, что напали на тебя?
– Это до жути забавная история.
Я так хохотала, – поведала юная вампирша. – Вот судьба Власты меня совершенно не интересует, скорее всего, и Коона. Но насчет Коона это только мои домыслы.
– И что же показалось тебе забавным, дочь? – чуть ли не скрипя зубами произнес Александр.
– Ах. Вот если бы Малис чуть задержался или проследовал за мной, а не поспешил на поклон к своему князю, то знал бы, что сегодня ночью я встретила свое «сердце».
Княжна добилась желаемого и победно улыбалась, глядя в обескровленное лицо отца.
Ей показалось, что он даже покачнулся. Или это игра воображения?
– Кто?! – прошипел Темный.
– Я не знаю, – беспечно ответила юная вампирша. – Не поняла.
– Не поняла? – переспросил князь.
– Нет.
– Что значит не поняла? – уточнил он.
– Стечение обстоятельств, папá. Не иначе, – княжна произнесла с раздражающей ее отца легкостью.
– Каких обстоятельств? – Александр превратился в каменное изваяние, и, казалось, от напряжения по белоснежной коже пойдут трещины.
