Алмир вновь повернулся, и от его взгляда проняло даже меня. Сейчас супруг выглядел очень пугающе. Черты его лица заострились, а в глазах, словно, клубилась сила. Но выпускать ее на свободу герцог Гейрлейв не спешил.
Вместо этого он шагнул вперед, нависая сверху над герцогом Камероном, и, замахнувшись, ударил его по лицу с такой силой, что хозяин вечера, явно не ожидавший, что события примут такой оборот, не устоял на ногах и свалился на деревянный пол беседки.
— Если что, не спешите жаловаться на превышение мною полномочий, — произнес герцог Гейрлейв, не сводя с министра финансов злого взгляда, — Я вас ударил как муж, а не как представитель тайной канцелярии.
— Вы за это заплатите, — прошипел герцог Камерон, пытаясь подняться на ноги.
— Вот теперь можете задерживать, — удовлетворенно произнес Алмир и переступил через лежащего министра финансов, приближаясь ко мне.
Предпринять что-либо хозяин вечера не успел. На его запястьях лихо застегнули анти-магические наручники, а потом рывком подняли мужчину и потащили на выход из беседки.
Пока я наблюдала за тем, как выводят высокопоставленного преступника, Алмир присел напротив меня на корточки и, взяв мое лицо в ладони, заставил посмотреть на него.
— Ханни, прости меня, пожалуйста. Я не должен был оставлять тебя здесь одну. Если бы я только знал, что кто-то попробует тебе навредить, — супруг оборвал себя на полуслове и спросил, вглядываясь в мое лицо, — Он что-нибудь успел сделать?
Я лишь покачала головой.
— Между прочим, все это организовала твоя любовница, — добавила я из вредности.
Не знаю, понял ли герцог Гейрлейв, о ком я говорю. Да и не стал спрашивать, откуда я про нее узнала. Как и уверять меня в том, что никакой любовницы у него нет. Лишь изрек тоном, не терпящим возражений:
— Ты ее больше никогда не увидишь, и она тебя не побеспокоит.
После смеси магических настоек, которые оказались за один вечер в моем организме, и пережитого шока, я все еще плохо осознавала все случившееся.
Да и события развивались столь стремительно, что мне было сложно за всем поспевать.
Видимо, герцог Гейрлейв по моему внешнему виду тоже понял, в какой прострации я сейчас нахожусь. Потому как супруг вздохнул, подхватил меня на руки и поднялся, устремившись к выходу из этой злополучной беседки.
За дальнейшими передвижениями я особо не следила, лишь отмечая, что сначала мы покинули беседку, затем парк, а после очутились за воротами особняка.
