«Так, быть может, расставания никакого и не было?» — тут же шепнул неприятный внутренний голос. И мне пришлось согласиться с доводами разума. Я ведь сама в тот же день сказала герцогу Гейрлейву, что настоящего брака у нас не будет. Так что, руки у супруга были развязаны, и необходимость расставаться с любовницей совершенно отсутствовала.
Рядом с ней стояла та самая примадонна, подошедшая ко мне в театре Харпендера и завязавшая странный разговор. Зато теперь многие ее слова становились все более понятными. Как и причины, по которым любовница герцога ворвалась в его дом через два дня после памятной встречи.
Женщины о чем-то активно переговаривались, и любому дураку было понятно, что они гораздо больше, чем просто знакомые. Не сводя глаз с огненноволосой красотки, я залпом осушила бокал прежде, чем успела сообразить, что делаю.
Герцог Камерон, от которого не укрылось мое внимание к одной из своих гостей, понимающе протянул над ухом:
— Стало быть, до вас дошли столичные слухи?
О каких слухах идет речь, гадать не приходилось.
— А еще я слышала, что на подобные вечера приглашаются только семейные пары.
Можно было бы предположить, что любовница герцога Гейрлейва счастливая обладательница законного супруга. Но что-то мне подсказывает, что в таком случае она бы не стала так бурно выражать свое негодование по поводу женитьбы ее визави.
— Для красивых женщин всегда можно сделать исключение, — невозмутимо пожал плечами министр финансов, — Особенно когда они об этом так проникновенно просят.
Наконец, когда я нашла в себе силы отвернуться от любовницы своего мужа, мне показалось, что в последний момент она повернулась в мою сторону, и ее красивое лицо озарила предвкушающая улыбка.
В этот момент бальный зал перед моими глазами покачнулся и поплыл. А в груди разлилось странное тепло, которое продолжало нарастать, заставляя все мое нутро напряженно сжаться.
Все эти катаклизмы, происходящие в собственном организме, подняли во мне волну паники и беспокойства. Потому как это было совершенно не похоже на действие легкого алкоголя на организм.
И даже не похоже на побочный эффект после смешивания алкоголя и успокоительной настойки.
Что же за гадость я выпила? А в том, что всему виной подсунутый герцогом Камероном напиток, я поняла по взгляду мужчины. И на встревоженный или обеспокоенный он не походил. Это был спокойный, торжествующий взгляд.
— Теперь настал мой черед повеселиться, леди Гейрлейв, — произнес министр финансов, расплываясь в широкой, довольной улыбке.
