– Ищем до упора! Вход где-то здесь!
– Вход?
– Я понял так, что взрыв произошёл рядом с Крепостью и обнажил какие-то тоннели, идущие к ней.
– Ага, соображаю, это вполне оптимистично. Хотя странно, что Крепость уцелела при таком мощном взрыве.
– Вероятно, хозяева Крепости каким-то образом отвели ракету или что там было, поэтому взрыв и не попал по ней.
– Согласен.
Аэробайк развернулся в обратную сторону.
Мимо потянулась отливающая кое-где глазурью щербатая стена провала.
– Командир, если эта дырка – след удара по Крепости, – прокричал Редошкин, – то она должна сидеть глубоко.
– Ну и что?
– Тогда и тоннели должны проходить ниже, не у самой поверхности.
Мысль спутника показалась такой очевидной, что Максим, задавив вспыхнувшую в душе зависть, не удержался от возгласа:
– Награждаю медалью за сообразительность!
– Лучше бы пивка бутылочку, – хохотнул Редошкин.
Аэробайк опустился сразу на двести метров, окунаясь в чернильную тьму провала.
Фонаря у инопланетного мотоцикла не было, точнее, Максим до сих пор не разобрался, есть ли он вообще, а фонарь с вертолёта Плащинина они не взяли, поэтому пришлось приноравливаться к ситуации, напрягать зрение и проверять каждую щель в узловато-пластинчатой стене.
В какой-то момент Максим почувствовал затылком знакомый холодок, остановил аппарат, и тотчас же ожил Редошкин:
– Командир, чуть ниже, посмотри, кажись, дырка!
Аэробайк опустился ещё на десяток метров, и стала видна вдавлина в стене овальной формы, центр которой прорезало отверстие диаметром в несколько метров.
– Оно?
Максим прислушался к своим нервным токам, сглотнул.
– Оно! Держись, финишируем!
Аппарат нацелился на отверстие, напоминающее зрачок в орбите гигантского глаза.
Глава 12
Вторжение
Дорохов не раз в своей карьере сотрудника ФСБ сталкивался с аномальными явлениями, искал НЛО на Таймыре, НПО[2] в Тихом океане и электрические штормы на Алтае. Поэтому задание директора заняться изучением портала в параллельные измерения (так это звучало в приказе), проявившегося под Тюменью над базой отдыха «Советская», его не озадачило.
По своей натуре генерал с удовольствием воспринимал всё новое, любил «баловаться тайнами Мироздания» и легко находил общий язык с учёными."
"«Червоточина», она же «кротовая дыра», она же иномериана, соединившая мир Земли с какой-то иной вселенной, получившей название Большой Лес, поначалу не произвела на Дорохова особого впечатления.
