Но я категорически возражаю против настойчивого оказывания ей знаков внимания со стороны кого бы то ни было. Ферштейн? Или перевести на практический русский?
Точилин потёр бицепс, криво ухмыльнулся.
– Надо понимать это как приказ старшего по званию?
– Это надо понимать как дружеский совет. В противном случае…
– Вы пожалуетесь генералу.
Максим ощупал лицо собеседника ставшими ледяными глазами.
– Не хочется ломать тебе ни карьеру, ни руку, но если понадобится, я легко сделаю последнее.
– Попробуй! – картинно развернул плечи Точилин.
В следующее мгновение Максим усилием воли вогнал себя в боевой темп, выхватил пистолет из чехла-кобуры на поясе лейтенанта, приставил ствол ко лбу парня и вернул пистолет в кобуру. Всё это – в течение одной секунды. Точилин лишь успел открыть рот, не сделав ни одного движения, и начал бледнеть, когда штатный «волк» уже был в его кобуре.
– Договорились? – будничным тоном проговорил Максим, расслабляясь.
– Э-э… – промямлил Точилин.
Максим похлопал его по плечу и вышел из-за стены кустарника к ожидавшим его друзьям.
Глаза Вероники стали большими.
– Ты… с ним…
– Всё нормально, – успокоил он девушку, ожидая, что Точилин выйдет вслед за ним, однако лейтенант избрал другой вариант, тихо покинув поляну.
– Что ты ему сказал?
– Посоветовал держаться ближе к генералу, – рассмеялся майор.
– Давай прикинем план действий, – спрятал улыбку Мерадзе. – Генерал дал тебе час.
Максим поискал глазами Костю, который присоединился к физикам, державшимся особняком.
После потери своих планшетов оба погрузились в уныние, но старались не выдавать своих чувств и по очереди таскали Книгу, разворачивая фолиант при каждом удобном случае.
– Костя!
– Чего? – с готовностью подскочил ботаник.
– Останешься главным по безопасности. Случится что с нашими дамами – голову снесу!
Вероника фыркнула.
Костя неумело козырнул, расплылся в ухмылке.
– Мне голова ещё пригодится. А вы куда?
– Осмотримся. – Максим кивнул Мерадзе, оба забрались на воздушный мотоцикл, и аппарат взлетел.
Под пассажирами распахнулся знакомый ландшафт, по-прежнему наполнявший душу восторгом и благоговением: земные леса в некоторых районах планеты тоже заставляли людей удивляться их размерам, разнообразию и жизненной силе, но Большой Лес иной вселенной являл собой образец масштабов совершенно другого уровня, упорядоченности, многообразия и красоты, и не верилось, что случайным попаданцам в этот мир повезло стать свидетелями его неимоверного величия.
