О Господи! Он все тот же неисправимый игрок, каким всегда был. И план соблазна у него всегда наготове. Пари. Вот что для него имеет значение. У него нет никаких чувств, никакой симпатии к ней. Лили впилась зубами в руку.
Как унизительно! Она позволила ему такие интимные вещи, а дело-то касалось денег. Он планировал заманить ее в постель, и она, дурочка, почти на это согласилась! Лили передернула плечами. Она была так близка к тому, чтобы уступить ему, даже подумывала сама соблазнить его! Лили согнулась пополам, неверие и отвращение клубились в ней.
Этот тип одурачил ее, но, черт побери, она больше не станет посмешищем. Она смяла письмо и швырнула на пол.
Лили сжала кулаки. Все-таки она была права относительно Девона Моргана. Больше никогда она не позволит ни одному мужчине ранить ее. И пусть это будет последнее ее дело, но она найдет способ добиться, чтобы Колтон не получил ни фартинга из этих денег. Она заставит его страдать так же, как он — ее.
Когда Эванс на следующее утро проводил виконта Медфорда в белую гостиную, Лили сидела прямо, словно проглотила аршин, с натянутой улыбкой на лице.
Чая больше не было. Даже старая высушенная заварка кончилась. Лили пила горячую воду с кусочком лимона, который дала Мэри повариха соседей. Леопольд свернулся клубком в углу. Бандит лежал у ее ног.
— Доброе утро, Медфорд, — бодро приветствовала гостя Лили.
Медфорд поспешил к ней и склонился над ее рукой, потом сел в кресло рядом.
— Я пришел, как только смог. Вы прочитали мое письмо?
— Прочитала, — невозмутимо ответила Лили, гордясь тем, как спокойно держится.
— И, как вы и предполагали, нашла, его крайне интересным.
— Скажите, что я могу сделать? — Он поправил и без того безупречный галстук.
Лили поставила чашку, потом с самым серьезным видом посмотрела на Медфорда.
— Я бы хотела, чтобы вы рассказали мне подробности. Когда именно должно завершиться это пари? Какие временные рамки, и так далее?
Медфорд нахмурил брови.
— Зачем? Какое это имеет значение, Лили? Пари совершенно возмутительное.
Я вызову этого негодяя. Я готов защищать вашу честь.
Лили положила руку на рукав Медфорда.
— Вы знаете, что не можете сделать этого, не открыв моего авторства. Повеселите меня, Медфорд, пожалуйста. Каковы подробности?
Медфорд набрал в грудь воздуха.
— Упоминали прием в загородном доме Аткинсонов.
Лили кивнула. Это событие традиционно считалось гвоздем сезона.
— Да, — торопила она. — Продолжайте.
— Крайне неприемлемо обсуждать это с вами, Лили.
