Боже правый. Она не выдержит, если Норткот опять начнет унижать ее.
Джессика изо всех сил закричала. Она не знала, услышал ли ее кто-нибудь в гостиной или нет. Может, крик раздался только в ее голове, но он показался ей таким громким, что Джессика прикрыла уши ладонями. Перед ее глазами поплыла темнота, и она с радостью встретила забытье, готовое поглотить ее.
Саймон поймал Джессику до того, как она упала на пол, и поднял на руки. Девушка оказалась легкой, словно пушинка. Ее лицо стало белым, как кружевной воротничок вокруг шеи, и даже розовые губы, которые он вчера целовал, потеряли свой цвет.
– Вот черт! – воскликнул Саймон.
Сейчас Джессика казалась такой маленькой и хрупкой, совсем непохожей на ту гордую даму, которая вышла из его дома вчера ночью.
Он аккуратно положил ее на софу возле стены, а потом растерянно почесал поросшую щетиной щеку.
– Я не хотел так пугать ее, – сказал Саймон, обращаясь в пустоту.
Мелинда мрачно глянула на него и побежала к подруге.
– Черт! Будь все проклято!
Саймон закрыл глаза и прижал пальцы к векам.
Они болели, словно он долго смотрел на солнце.
– А теперь поясни, какую ложь тебе сказала вчера Джессика? – тихо спросил его стоявший сзади Джеймс. Тон его голоса был холодным, как сталь острой шпаги. Саймону следовало насторожиться, но он решил проигнорировать опасность.
– Ты сам прекрасно об этом знаешь. Ведь это ты ее ко мне послал.
Саймон услышал, как Джеймс скрипнул сжатыми зубами.
– Просвети меня, Саймон. Что случилось между вами двумя прошлой ночью? Где ты увидел Джессику? Она ведь не выходит из дома.
– А вчера вышла. И приехала ко мне домой. Туда, куда ты ее послал.
Саймон посмотрел на Джессику. Ее щеки оставались белыми, но дышать она стала чаще и глубже.
– Что она от тебя хотела? – спросил Джеймс.
– Конечно, собиралась предложить деньги, которые ты ей дал. Она показала мне бумагу с астрономическим числом и сказала, что это состояние станет моим, если я возьму ее в жены.
Саймон повернулся и глянул на друга.
Никогда раньше Джеймс не смотрел на него с таким неудовольствием, и Саймону стало не по себе. Но он не мог позволить чувствам взять верх.
– Теперь я знаю, что ты не преувеличивал, когда говорил, что богат как Крез. Ты правда думаешь, что мне нужно так много денег, чтобы расплатиться с долгами?
– Я понятия не имею, сколько у тебя долгов. А Джессика рассказала, почему ей было так важно выйти за тебя замуж?
– Она заявила, что ей нужна защита.
