Снег валил уже не так густо: похоже, небесные дворники, сбрасывающие его лопатами с туч, ушли на перекур. На самом деле причина была в том, что Депресняк перестал летать над городом и где-то ненадолго присел отдохнуть. Даф, однако, по опыту знала, что долго кот не просидит. Если бы только понять, где он! Она попыталась нашарить сознание кота, но канал связи был слишком широким, и на ее мысленный призыв немедленно откликнулись сознания доброго миллиона котов, проживающих в Москве. Кроме того, отозвались коты из Подмосковья, а также котята, которых можно было в расчет не принимать, равно как и безумного соболя из Московского зоопарка, примазавшегося к котам на том основании, что его когда-то выкормила кошка.
«Тупиковый путь!» – подумала Даф разочарованно, поспешно разрывая связь с многочисленными дивизиями кошачьих.
Пока Дафна разбиралась с кошками, Меф уверенно вел ее по протоптанным в снегу дорогам. Москвичи, вполне освоившиеся с ситуацией, умело прокапывали снежную равнину, как кроты. Какой же русский не любит быстрой езды и боится снега! Еще немного, и люди додумаются прикрыть прорытые проходы сверху, и станут перемещаться по снежным тоннелям, уверенно растущим вширь.
Шагов через сто Меф остановился и, делая вид, что зашнуровывает ботинок, скосил глаза на одну из крыш. Между трубами мелькнула и скрылась серая тень. Интуиция подсказала Мефу, что это отнюдь не дух заблудившегося трубочиста.
– Не оглядывайся: мне кажется, за нами следят! – сказал Мефодий Дафне.
– А мне не кажется. За нами действительно следят, – кивнула Даф.
– Так ты об этом знала? – удивился Буслаев.
Даф скатала снежок и с удовольствием куснула его, как яблоко. Страж света может позволить себе не думать о такой пошлой прозе жизни, как простуда.
– Ну я этого не исключала. Да только что толку знать то, чего не можешь изменить? – сказала она.
– Не прятать же голову в песок!
– Это ты напрасно. Песочек – штучка теплая и приятная. Вот только дышать через него неудобно… – с иронией заметила Даф, доставая флейту. – Ну где там этот шпик?
– Труба крайнего дома.
– Того пятиэтажного, что по правую сторону? – уточнила Даф, не оборачиваясь.
– Да.
Даф подняла флейту к губам. Маголодии Меф не услышал, но снег вокруг них внезапно взлохматился, точно они оказались в центре бурана. Когда же снег улегся, Меф увидел, что труба, за которой пряталась тень, невредима, зато с дома напротив слизнуло разом все три трубы. Серая тень, вполне невредимая, на миг показалась, нырнула куда-то и пропала.
