— Я смотрю, вы уже во всем разобрались…
Семен Ильич не успел возразить, что нет, совершенно не разобрался, но все разрешилось неожиданным образом: по коридору протопали шаги, раздался стук в дверь, правда, ответа никто не дождался. Ввалились все разом, поддерживая под микитки бледного как мел мальчишку.
«Что ж за день сегодня?» — философски посетовал директор.
— Семен Ильич, я не виноват, — оправдывался первокурсник Чистов, — я случайно. Я не сдвигал стол! А он как треснет… — Пострадавший, томно закатив глаза, придерживал руку, висящую плетью.
— Что случилось? Почему, понимаешь, врываетесь, как к себе в сортир? — возмутился директор.
— Руку сломал, — доложил мрачный Колька, — психанул, треснул о стол ракеткой и руку сломал…
— Я не хотел, — стонал пострадавший, — не буду больше!
— А больше и не понадобится, — подначил Пожарский.
Семен Ильич понял, что пора брать быка за рога:
— А ну тихо. Еще услышу слово — уборные пойдете драить.
Раиса Александровна, осматривая руку пацана, выдала четкую инструкцию:
— Николай Игоревич, в учительскую, вызывайте «Скорую».
Перелом сложный, со смещением.
Пока все носились туда-сюда, Андрюха бестолково водил глазами, соображая, что происходит. Чудом ухитрился выловить приятеля:
— Колька, мне-то что делать? Але!
Пожарский, сообразив наконец, что друг тут, под боком, нуждается в его помощи и указаниях, подумав, предложил:
— Андрюха, будь другом, отведи этого вот умника в отделение.
— Я не… — вскинулся было тот, но Колька попросил еще раз:
— Да ну что тебе стоит? Просто отволоки, оставь Палычу или Санычу — ну потом разберемся.
— А сам-то?
— Ну сам видишь, перелом со смещением, — он отцепился от друга, — давай, давай, выручай.
Пельмень, вздохнув, пообещал. Отведет, мол.
Глава 24
Пока разворачивались все эти события, в отделении милиции царила атмосфера спокойствия и доброжелательности. Что Бурунов, что Таранец были образцово-показательными задержанными, не скандалили, не возмущались, не задавали глупых вопросов.
Акимов привел ребят, пригласил садиться. Как-то так получилось, что уже по дороге лейтенант «случайно» проговорился, что ни в чем он не собирается пацанов обвинять, но им надо оказать содействие правоохранительным органам. И внушительно завершил монолог:
— Ваше задержание — цепь оперативного плана. Смекаете?
Можно было поклясться, что эти двое перевели дух.
